– Елена Дмитриевна, мы с вами в прошлый раз не договорили… Помните, что я сказал?
– Смутно. – Она остановилась, снимая несуществующую ниточку с лацкана форменного пиджака. Ей надо было чем-то заняться, чтобы не показать своего интереса к предмету разговора.
– Вы же помогали той антикварше залезть в 617-й номер, я знаю! – Сергей улыбался, показывая отбеленные зубы, блеск которых еще больше подчеркивал полученный в солярии легкий загар. Елене пришло в голову, что парень выглядит как профессиональный альфонс, и она с омерзением отвела взгляд. – Только ни с чем остались. Я думал, вам нужно узнать, где теперь ящик.
– Мне не нужно, – бросила женщина, все еще глядя в сторону. – Какое мне дело?
– Так, может, антикварше не все равно? Может, она готова платить за информацию?
– Слушай, – не выдержала Елена, поворачиваясь к парню, топтавшемуся рядом. – Почему ты всюду лезешь? Я что, спрашивала тебя о чем? Просила узнать адрес, куда увезли панно?
– Мне показалось, что адрес вам пригодится… Но если не нужно, я не навязываюсь.
– Иди и работай, – сквозь зубы проговорила она, направляясь к лифту.
– Елена Дмитриевна, вы написали мне характеристику?
– Напишу, не беспокойся, – ответила женщина через плечо, нажимая кнопку.
В сущности, у нее были дела на этаже, но чтобы отвязаться от Сергея, пришлось уехать. Настроение испортилось еще больше, когда она поговорила с Верой. Ей удалось поймать приятельницу только после двух часов ночи, и они зашли в кафе на третьем этаже. Вера немедленно сделала глазки бармену, варившему для них кофе, и многозначительно ему улыбнулась, будто о чем-то сговариваясь. Ее игривое расположение духа разом улетучилось, когда Елена усадила ее за самый дальний угловой столик и рассказала о своих затруднениях.
– Ты должна написать характеристику этому мальчишке, чтобы его произвели в портье? – Вера вытащила из кармана передника сигареты, к которым обращалась в самых крайних случаях, когда расстраивалась. Уже это было плохим знаком. – Значит, гаденыша все-таки повысят. Такие быстро лезут наверх. Что ж, пиши.
– Советуешь?
– А что ты можешь сделать? Все уже решено. В таких случаях бумажка – это формальность. Наверняка мальчишка подмазался как следует. Он им подходит – вот что главное.
– А если я не напишу?
– Тогда тебя уволят. Сто процентов. – Вера закурила, щуря глаза, щедро подчеркнутые подводкой. – Лучше не нарывайся. А о зарплате поговорила?
– Какое там! Управляющий все время намекает на то, что я еще не освоилась, от меня мало толку… Я устала!
Елене внезапно захотелось плакать, хотя в сущности ничего особенного не случилось. Сказывалась хроническая усталость, нервное напряжение, в котором ей приходилось жить. Вера деликатно выпустила дым в сторону и сочувственно кивнула:
– Еще бы не устать. Только вот что, пока тут работаешь, отдохнуть не надейся. Когда усталость станет привычкой, тогда и сможешь сказать, что сделалась настоящей ночной гостиничной крысой. Пока ты еще страдаешь от этого… А мне вот уже все равно. Я как железная и на все плюю. Конечно, мальчишка противный, да что с того? Напиши ему приличную характеристику, он будет тебе обязан. Потом это аукнется, он что-то сделает взамен.
– Еще как сделает, – будто про себя ответила Елена.
– А что это в отеле шепчутся, будто ты вчера ночью лазала по балконам? – вдруг спросила старшая горничная, сменив задушевный тон на любопытный.
Елена смахнула выступившие на глаза слезы и сдавленно засмеялась:
– Да врут. Зачем мне это?
– Дыма без огня не бывает. Все же что-то было.
– Ну… Я помогла одной женщине немножко, та хотела заглянуть в пустой номер… Да по сути вовсе и не помогла, – уклончиво ответила Елена. Ей не хотелось подробно рассказывать о своем ночном приключении. – Слушай, ты же всю здешнюю механику насквозь знаешь! Напомни, отчего может сломаться кнопка на балконе? Ну та, что под ручкой…
– Которая замок разблокирует? – сразу догадалась горничная. – А где она сломалась?
– Неважно. Есть тут одна такая. Нажимаешь ее, а дверь не открывается.
– Значит, ты все-таки лазала по балконам, – с удовлетворением произнесла Вера. – От меня могла бы не шифроваться, чего там! А кнопка ломается, когда внутри замка соскакивает такая пружинка, без мастера не починишь. Это вызывать надо. А пружинка соскакивает, когда дверь снаружи пытаются этой кнопкой открыть, а изнутри за ручку держат и не пускают. Помнишь, в апреле молодожены с третьего этажа так развлекались, придурки? И ручку сломали, и зеркало в ванной разбили… Как козлы на лужайке, честное слово! Лен? Лен, ты что?