– Браво, миледи! Хоть в этом вопросе Вы понимаете, что Ваш супруг является гарантом Вашей безопасности и несёт за Вас полную ответственность.
– А Вы предполагали, что я могу это не осознавать? Вы читали когда-нибудь брачный договор?
– Нет, не доводилось. Знаю лишь, что воля супруга является прерогативной во всех сферах и именно на нём лежит функция и контроля, и защиты.
– Смысл Вы уловили правильно, без разрешения супруга ни я принять решение не могу, ни со мной что-то сделать. И меня последнее время такое положение вещей стало немного напрягать. Я стала просить супруга отпустить меня, он сказал, что если только сюда…
– Вы понимаете, что если он решит Вас сюда отправить, то хоть что-то противопоставить этому Вы не сможете?
– Конечно понимаю… но пока, как видите, он не настаивает… он лишь знакомит меня с порядками, видимо, в надежде, что я не стану его провоцировать и вынуждать это сделать.
– Тогда он выбрал неправильную формулировку цели Вашего визита.
– Всё он выбрал правильно… Он мне показал, что никто и никогда не догадается, каково мне здесь на самом деле, и внешне всё будет безупречно для любого, кто захочет меня здесь навестить. А способы, какими здесь добиваются такого, он попросил бы Вас показать позже, когда бы я вдосталь насладилась умилительной картиной райского существования пациентов Вашего заведения. Однако не вовремя прибыла Джейн. А так как я не совсем тупая, я решила попросить Вас закончить экскурсию, чтобы не заставлять его ждать. Он очень злится, когда что-то идет незапланированным образом, и ему не хватает времени… Понимаете, в моём положении мне не с руки его злить.
– Теперь я всё понял, миледи. Сейчас покажу. Всё может быть и не столь ужасно, как Вы себе навоображали, но если честно, приятного и вправду мало. Пациента крепят ремнями, – он указал рукой на хирургический стол, – голову бреют, смазывают гелем для более плотного прилегания и надевают шлем.
Приподняв над изголовьем хирургического стола шлем с прикрепленной к нему лазерной установкой и проводами, он продолжил:
– Вот этот шлем надевают, и любым способом провоцируют пациента на эмоциональную реакцию. Как только она появляется, автоматика находит область возбуждения и точечным лазерным ударом выжигает пучок нейронов в мозгу, передающих это возбуждение. И так раз за разом. Обычно вся процедура занимает не более двух часов при установке эмоционального максимума не выше пятнадцатого уровня. При максимуме ниже соответственно время увеличивается или процедура проводится в несколько приемов. Вот собственно говоря и всё.
– Великолепно. Вы прекрасно и четко мне всё объяснили. Благодарю. Думаю, мы можем вернуться к моему супругу. Я увидела всё, что хотела.
– Очень надеюсь, миледи, что я помог Вам принять правильное решение.
– Даже не сомневайтесь, я сделала абсолютно правильные выводы. Кстати, а с какой целью тут не глушится доступ к полю?
– Автоматика сбоит при них и работает менее точно, подвергая большие области деструктуризации. Поэтому, чтобы сделать процедуру более щадящей здесь зона абсолютной тишины.
– А пациенты не пытаются поле задействовать, чтобы как-то избежать процедуры?
– Перед процедурой им объясняют, что если автоматика не сработает, вместо гуляния на свежем воздухе они окажутся в состоянии овоща, прикованного к постели. Поэтому на моей памяти ни один не стал даже пытаться предпринять попытку подключения к полю.
– Очень познавательно. Благодарю Вас, генерал.
– Рад был помочь, миледи. Надеюсь видеть Вас впредь лишь гостьей, но никак не пациенткой.
– Вы можете смеяться, но моё желание полностью совпадает теперь с Вашим.
– Смеяться не буду, напротив. Я рад этому, – Артём отодвинул перед ней дверь.
Они прошли по длинному коридору и как только вышли за пропускной пункт, столкнулись с Джейн и Адмиралом. Джейн была бледна и казалась напуганной, лицо Адмирала напротив было напряженно-каменным, а в глазах пылала неприкрытая ярость.
– Где Вы были, генерал?! – злым тоном, явно не предвещающим ничего хорошего осведомился он.
– Дорогой, – Элька тут же вцепилась в его руку и буквально повисла на нём, – Пожалуйста, не сердись! Я так пугаюсь всегда, когда ты сердишься… Мы лишь посмотрели с генералом операционный зал с любезного разрешения Джейн. Теперь я точно знаю, что оставаться здесь не хочу и сердить тебя больше ни за что не буду. Мы сэкономили тебе время! Не надо злиться, пожалуйста.
– Джейн… надо отдать тебе должное, прекрасная работа… ты снова на высоте и в очередной раз замечательно меня подставила. Браво! – Адмирал повернулся к ней и окатил ледяным взглядом.