— Ваше величество, приветствую вас в Королевской цитадели. Меня зовут лорд Сигурд Рагнвальд, — представился мужчина лет сорока с пышной черной бородой и густыми бровями.
Волосы его были собраны в хвост. Доспехи все были в каких-то точках, пробоинах и рубцах. На поясе красовался серебряный меч.
— Командующий цитаделями, сир Дьярви Гунндлаф, ожидает вас в большом зале.
Поднимаясь наверх по лестнице одной из башен Королевской цитадели, Горт увидел удивительную картину. Из бойницы, в которой был установлен скорпион — машина для метания болтов, просматривалась центральная площадь цитаделей. Она была куда больше дворцовой площади Остерхольда. Вдалеке находилась крепостная стена, огибающая все три твердыни полукругом и увенчанная множеством круглых башен. Эта великая крепость казалась Горту неприступной. Когда они вышли на каменный мост, соединяющий все три цитадели, на выходе их уже встречал сир Дьярви.
— Милорд, наконец-то вы прибыли! Мы здесь молили духов о спасении и вашем скором появлении, когда пришел ответ от вашего отца о помощи нам. Теперь наши молитвы были услышаны, милорд, — наместник бросился обнимать гиганта.
Сир Дьярви Гунндлаф, коренной северянин, родился и вырос в Горных цитаделях. Одет он был в серебряную кольчугу, штаны из грубой кожи были все сшиты из заплаток, в меховых сапогах его ноги выглядели такими же большими, как у Горта. Исполинского роста, командующий казался ребенком по сравнению со своим принцем. Густая спутанная борода с кусочками хлеба в ней закрывала широкую грудь сира Дьярви. По жирным, наспех вытертым рукам Горт понял, что командующего оторвали от вечерней трапезы.
— Сир, мы весьма проголодались с дороги.
— Что же вы молчите? Пойдемте, стол уже накрыт. Сигурд, распорядись, чтобы подали еще приборов, еды и меда.
— Есть! — сир Рагнвальд поклонился принцу и откланялся.
— И разузнай, что там насчет бань! — крикнул вдогонку лорд Дьярви. — Пройдемте же. Милорд, вы должны попробовать наш мед. Лучшего напитка на всем севере не найти. Сейчас перекусим, а потом можно и в бани, а то вы после дороги наверняка отмыться хотите по-человечески. Я уже распорядился, чтобы ваших людей и обоз разместили в наших казармах.
— Да, помыться бы сейчас не помешало бы, — почесав затылок, признался сир Арнотом.
— Дьярви, сколько у вас осталось людей? — поинтересовался Горт, пока все шли в большой зал Королевской цитадели.
— Около семисот на стене и по две сотни в каждой крепости.
— А горожане?
— Милорд, боюсь, вы не поняли всю бедственность нашего положения. Половина воинов — это и есть оставшиеся горожане.
— Вы хотите сказать, что из всего сорокатысячного населения восточной части страны в живых осталась только тысяча человек? — остановившись, с ужасом спросил Горт.
— Да, милорд. В замке еще укрылось несколько сотен детей и женщин, но в бою с оборотнями от них толку нет, поэтому они поддерживают остатки хозяйства в цитаделях. Детям постарше я выдаю арбалеты при штурме стены.
— При штурме? Оборотни?
— Да, милорд. Мы отбиваемся из последних сил, но слава небу, нападения стали происходить все реже. Я даже отправил в разведку двадцать всадников, но от них никаких вестей вот уже три дня. А тут доложили, что вы подошли к перевалам, вот я и ликую, — наместник еще раз стиснул молодого принца в своих объятиях и, подхватив его за локоть, повел в большой зал.
За ними молча следовал командующий Арнотом, осматривая крепость и стражников.
«Как же я сразу не заметил, что доспехи почти у всех воинов не по размеру? Ситуация была еще хуже, чем описано в письме. Или король знал обо всем и поэтому послал столь большой обоз с селянами? Если оборотни истребили почти всех воинов в цитадели, бойцов опытных и не раз сталкивавшихся с этими зверями, как же справятся они? Больше половины воинов, в том числе принц, никогда не сражались с чем-то подобным, а оборотней видели только на картинках в книжках», — все эти мысли и сомнения терзали ум командующего.