Броня, точно повторяющая контуры тела человека, сидела свободно, не мешая Горту двигаться и наносить быстрые удары.
— Отличная работа, Бранд. Я пришлю этого паренька за доспехами и с золотом для тебя завтра.
— Рад служить вам, милорд!
Еще через полчаса Горт и Керуш уже были у замка. Увидев принца, стража сразу открыла ворота. Проходя мимо, Горт радушно поприветствовал их.
— Как ночная служба, парни? — улыбаясь, спросил он у стражников.
— Все тихо и спокойно милорд, только съесть хочется чего-нибудь горячего, а то уже седьмой день на одной каше.
— Таких бойцов нужно кормить отборным мясом! — пошутил Горт, похлопав стражника по плечу.
Воины сразу повеселели.
— Парень, ступай на кухню и скажи повару, что я велел накормить стражу горячей похлебкой, и проследи, чтобы каждому досталось по куску мяса. Еще хочу, чтобы завтра с утра ты привез мне доспехи. Не забыл, где находится кузня?
— Нет, милорд. Я все исполню.
— Хорошо, — улыбаясь, произнес Горт и кинул пареньку кошель с монетами.
В свои восемнадцать Горт был умерен и рассудителен во всем, кроме женщин и выпивки.
С четырнадцати лет он стал желанным гостем для каждого торговца любовными утехами. В каждом борделе любого города хозяева держали для принца специальную так называемую «королевскую комнату». В делах любовных, как и в битве, принц не знает усталости и жалости. В шестнадцать лет отец отправил его подавить мятеж лорда Гисли Орма. Когда Горт ворвался во вражеские ряды, авангард мятежного лорда обратился в бегство, заражая паникой остальные войска. Прибив к воротам Кольхольда голову Гисли, коронованную воткнутыми в череп стрелами, он запретил ее снимать. Вороны выклевали ей глаза и язык, мухи доели остальное, но череп и по сей день украшает ворота Кольхольда, напоминая всем о том, что ждет любого предателя.
Горт вошел в тронный зал. Отец сидел за столом, подписывая грамоты и указы, которые подавал ему Рольф.
— Хах, вот и ты наконец-то. Я ожидал увидеть тебя еще утром, Горт! — сказал Гарольд Альмод.
— Я решал кое-какие государственные дела, отец, — улыбаясь, ответил Горт.
— Это какие такие дела, которые важнее распоряжения твоего короля, Горт? — не скрывая своего раздражения, спросил Рольф.
— Поважнее, чем подсчет количества камней на дороге и капель в море, Рольф! — с пренебрежением ответил Горт.
— Ну хватит, устал я от ваших споров. Вы братья. У нас и без этого гора проблем. Сегодня прискакал гонец из Горных цитаделей.
Король Гарольд протянул свиток Горту. Письмо было датировано четырнадцатым днем одиннадцатой полной луны 2349 года с момента Великого разлома.
Горт развернул лист и прочел:
«Мой король! Вчера несколько сотен оборотней одновременно в разных местах напали на Горные цитадели, разорили шесть деревень и три поселка, снабжающие нас едой и необходимыми ресурсами. Погибли сотни солдат, тысячи селян и ремесленников. Прошу вас незамедлительно выслать помощь для усмирения этих тварей.
Лорд Дьярви Гунндлаф, командующий Горными цитаделями».
— Горт! Я хочу, чтобы ты возглавил пятитысячную армию моих лучших воинов и прогнал этих тварей обратно в их проклятый Черный лес!
Пока Гарольд инструктировал Горта и показывал на карте, как и откуда лучше начинать боевые действия, сотни, а то и тысячи наемников в поисках наживы стекались в Остерхольд с окраин страны. Они стремились примкнуть к войску, готовящемуся к походу на восточную часть Северного королевства, через горные хребты в Мрачные долины вдоль Младшей сестры к Черному лесу.
…
Подойдя к кузнице, наемник увидел качающуюся деревянную вывеску с нарисованной наковальней и подписью «Болли». Снаружи никого не было, и он вошел в здание. Посередине комнаты стоял большой прямоугольный стол из кедра с резными ножками и всего двумя красивыми стульями из того же материала. В дальней части комнаты темнокожий мальчишка с длинными волосами подбрасывал дрова в огонь. Камин возле стены был из красного кирпича, весьма редкого для северных домов.