И сейчас она на мне моя тряпка, так привычнее и мне, и Диру.
-Здравствуй конунг Дир, добра тебе!
- Тебе добра, Всеслава!
- Проходи Дир, рада тебя видеть.
- И я рад тебя видеть.
Викинг почти не смотрел на меня, его глаза не горели.
Море его глаз, как будто пересохло и побледнело.
Когда все расселись за столами, пришедшие викинги рассказывали вести из своей страны. Я смотрела на Дира, не сводила с него глаз. Он же ни разу не посмотрел на меня, только на всех кругом и только не на меня.
Он не смотрел на меня, это больно. Я надеялась, что всё так же как раньше будет нежен со мной, как раньше будет радоваться нашим встречам.
Только нет, я увидела того рыжего викинга, что когда-то сжимал мою шею. Холодок побежал по спине, как когда-то у стен Свояжа.
Дир, не остался спать в доме, он ушёл на корабль.
Утро, не стала откладывать разговор, мне нужен был Дир, а я как всегда упорно пробиваю себе дорогу и сношу всё на своем пути.
Что бы поговорить с Диром, мне нужно было подойти к его драккару, и я подошла. Подошла драккару, мне не пришлось кричать, рыжий викинг увидел меня и спустился на мостики.
- Что ты хотела Всеслава?
- Поговорить хотела.
- Говори.
Я посмотрела вокруг, нас услышат викинги с его корабля, мои викинги, пять личных охранников во главе с Кнутом.
Просить и умолять, точно не буду. Я сражаться буду, как учили буду. И не ты ли сам, меня этому учил Дир? Могу и первой удар нанести!
- Что с тобой Дир? Почему? Я не узнаю тебя! Я вижу пса живущего в конуре у дома, где волк сжимающий мою шею, у ворот Свояжа.
То, что я произнесла, могло стать последним, что я говорю. Именно этого я и хотела, умереть здесь на берегу Волхова, в моём Альдейгью.
Оскорбить викинга, и остаться живой? Думаю, мне так не повезет, и не ошибаюсь в его морских глазах, бушует шторм.
На мостки стали спускаться викинги с драккара, охранники за моей спиной приблизились в плотную. Я даже не взялась за меч, за них взялись викинги за нашими спинами.
- Я не буду с тобой сражаться, женщина!
Дир развернулся и пошёл на драккар.
- Хочешь умереть, попроси кого-то другого тебя убить.
Наверно все ждали, что я вытащу меч, начнётся бой. Так думали викинги с драккар Дира, они смотрели на меня.
- Ну, не всем везёт рождаться мужчинами - стащила тряпку и улыбнулась, потом заржала.
- Ну, а вы чего рты открыли? От счастья, увидеть конунга Хэйд? - это викингам Дира.
- Все на драккар!- это Дир, своим.
- Всё как всегда, и сражаться не надо! Я и так победила, да ведь Дир! - это я уходя на русском.
Пошла от причала и за мной мои, о чём ещё говорить? Может всё же преодолеть себя и упасть на колени, моля о помощи? Или сломаться совсем и предложить себя? Устоит ли Дир?
А нужно мне потом сломленной со сгоревшей душой, в пепел - моя Ладога? Или всё же смогу посыпать эту горстку пепла на Путь Солнца? Я не знала ответы на эти вопросы, а кто их знает? Будущее нам не подвластно, неведомо.
Уже у дома, я посмотрела на Кнута, прочитала в его глазах осуждение, ему не понравился мой разговор с Диром.
- Может, стоило...
- Стоило? Может, стоило, прямо там на причале лечь под него? Стоило, Кнут?
- Помягче, просто.
- Коня!- что бы не убить Кнута, чего мне Нежа не простит, я вскочила на коня и слишком сильно схватила под уздцы, конь поднялся на дыбы.
Словенский лес отличается от древлянского, север Руси холоднее и суровее. Меньше трав и ягод, и другие они. Грибов больше намного, рыбы много в Волхове и другая она.
Только это всё равно Русь, такая большая и разная. Родина моя.
Я люблю просторы вокруг Ладоги, леса по берегам Волхова, и других мне не надо. Только иногда вспоминаю свой обрыв, немного...
Вот и сейчас уезжая из города, я бегу к родным мне просторам и лесам. Нужно успокоиться и просто подышать. Думаю охота, рядом с Моим соколом, может даже с ночёвкой это то, что мне сейчас нужно. Сокол, как с цепи сорвался, ощалел от того, что я вдруг с ним охочусь, давно такого не было. Он уже принёс мне несколько птиц, я же выслеживала добычу по крупнее, оленя. Коня отпустила пастись и тихо уступая по первой зелени трав, через кусты наблюдала за рогатым на поляне.
Я так увлеклась, так ошиблась! Видимо слишком гнала от себя все мысли, что их совсем не осталось в голове. Так не ошибалась я со времён Аскольда, тогда отец ещё был жив.
Чёрная большая тень мелькнула сбоку глаза, в голове только всплыли глаза Аскольда стоящего надо мной, после того, как он убил медведя, этот миг и меня накрыла темнота.