Так сменяя луну, появлялось ярило, так сменяя осень наступила зима, покрывая вокруг всё белым пухом. Морозы наступили рано, хорошо, что дома уже были готовы и утеплены хорошо. Мой новый дом построили больше, в просторном зале, принимать можно важных людей, посланников и совет держать с ближними, сделали аж четыре спальни, одну отдала девкам дворовым, двор внутри ещё не достроен. Кухня с очагом, где еду готовили, комната, где я ела и небольшая комната где помыться, две комнаты оставила, думаю, там гостей можно будет размешать.
Всё налаживалась, город расчистили, строили и обновляли.
В один из зимних дней, я вышла на прогулку, под зимней одеждой ничего не заметно. Но тянуть больше не хочу, поговорю сначала с Нежей, а потом соберу ближних и сообшу.
Выйдя в город, направилась к дому Нежи, за мной идут Олаф и Барг, Гуннар. Спускаюсь с пригорка, внезапно поскальзываюсь, меня подхватывает Гуннар, не давая мне упасть. Он помогает мне встать ровно на ноги, после чего замирает и не двигается.
- Олаф, Барг вернитесь во двор, я вернусь скоро.
Они недобро посмотрели на Гуннара, но повернулись и ушли.
- Ты...
Я не дала ему договорить, посмотрела на него, и произнесла:
- Да, это так. У меня будет ребёнок.
- Чей?
Вопрос разозлил меня, уже хотела ответить и наорать, как вдруг почувствовала шевеление ребёнка. От неожиданности и незнания, я вскрикнула и вцепилась в руку викинга.
У Гуннара на лице был испуг, он не знал чем мне помочь. Я же закрыла глаза, ловя ощущения и ища успокоения. Поняв, что всё хорошо, открыла глаза и посмотрела на него.
- Всё хорошо, я сейчас поговорю с Нежей, а потом мы поговорим с тобой.
- Всеслава, если тебе нужна помощь, я всегда готов.
- Так, в этом деле ты мне не помощник, - я засмеялась, впервые за несколько месяцев.
У Гуннара глаза засияли, он тоже улыбнулся.
- Я подожду.
- Нет, не стой не мёрзни. Придёшь позже.
- Только без меня не ходи, опять поскользнёшься.
- Хорошо, придёшь, зайди в дом.
Я ушла к Неже, спрашивать и рассказывать новость.
Нежа узнав, отругала меня за недоверие. Обрадовалась безмерно, рассказала, что шевеление нормально, спросила, чей ребёнок. Узнав, что Дира, обняла и стала жалеть меня. Так мы просидели, пока не вернулся Гуннар. Он заглянул в дом, я махнула ему выйти и напоследок попросила подружку пока не говорить Кнуту, обещала сама всё рассказать.
По дороге к княжескому дому, Гуннар всё же не сдержался. Он заговорил первым:
- Кто его отец?
- Гуннар, почему ты спрашиваешь? У меня был муж.
- Это не Рорик?
- Расспроси раненого дата. И пойми, твой вопрос унизил меня. Я люблю Дира, буду любить всегда, его не смогу забыть. В свою жизнь, я уже не пущу больше ни одного мужчину, моё сердце закрыто. Я уже тебе говорила, мне не нужна твоя боль, уходи весной и построй свою жизнь.
- Всеслава, прости. Я не хочу твоей боли, не оставлю тебя и буду о тебе заботится.
- Гуннар, мне жаль...
Он взял мою руку и погладил успокаивая. Я улыбнулась, понимая и принимая. У нас, у него и меня болело и кровоточило сердце.
Войдя во двор, у княжеского дома, попросила собраться всех. Гуннар стоял рядом, Борис подошёл и посмотрел на меня. Собиралась с духом, не так просто. мне было это сказать.
- Друзья, викинги и словени, вы знаете , что вы мне как братья, вы должны это понять. Понять, что это для меня важно...
Я запнулась и замолчала. Подняла глаза на Бориса, он неодобрительно смотрел на меня, ища поддержки, посмотрела на Гуннара, он же вдруг произнёс:
- У конунга будет наследник или наследница, надеюсь, вы порадуетесь за неё.
Стояла тишина, поняла уже о чём думают люди. Выглядело это как будто к этому причастен Гуннар, ему не нужно было говорить это за меня. Он же помочь хотел, я сама виновата.
- Я всегда вам верила, каждому. Стояла за вас, за каждого. А вы, мне не верите... Это ребенок моего мужа, конунга Дира.
Борис, дернулся ко мне:
- Прости княгиня.
Я покачала головой и пошла в дом.
[8] Гандвиком викинги называли современное Белое море.
МОЙ МАЛЕНЬКИЙ ВИКИНГ
ГЛАВА 20
Когда от боли сердце просто рвется,
И кажется — не выйти из сетей…
Пусть от добра душа не отвернется,
А вспомни лучше про своих детей…
Они — как солнца свет среди ненастья,
Как круг спасательный среди безумных бед,
Обнимешь их — забрезжит лучик счастья,
И сил они дадут найти ответ!
автор неизвестен.