Он же привёз знахарку, она осмотрела викинга. Омыла его раны, смазала мазью и напоила отваром. Гуннар затих и погрузился в сон. Мазь, знахарка оставила мне и травы для отвара. Я поблагодарила словена и знахарку и они уехали. На улице было уже темно, разбираться с ближними, буду завтра.
Спала беспокойно, Хельги капризничал и плохо спал. Утро было беспокойным, покормив сына и оставив его Ждане, направилась в комнату Гуннара. У него был жар, он метался в бреду, напоив его отваром и поправив повязки, я отправилась во двор.
За столом сидели все ближние, был и дат Харольд, Прозор, Силма. Я подошла и встала рядом с местом, где обычно сижу. Обратилась к Прозору:
- Помоги Гуннару, у него жар.
- А ты? - это Силма мне.
- Я тебе приказываю - говорила и смотрела на Прозора.
- Нет. И Силме не дам.
- Ну ладно, потом не пожалей об этом.
Ушла, не посмотрев ни на кого, решение я ещё не приняла, даже страшно мне, от того что они сделали. Если они бы небыли моими друзьями и братьями, я бы убила каждого. А сейчас я растерялась, не зная, что мне делать. Ещё лун семь, так сказала знахарка, и Гуннар бы умер, и сейчас он на грани жизни и смерти.
Мне нужно пойти к Гуннару и помочь ему, но я понимаю, коснись я его или загляни в глаза и увижу всю его жизнь. И я боюсь, того что увижу. Боюсь узнать, будет ли он счастлив, сколько и как он проживёт. Не хочу видеть его боль, боль какую ему причиняю, отталкивая. Не хочу, но иначе он умрёт.
Сижу у его постели, реву от бессилья. Прозор или Силма, им же всё равно, что с ним будет в жизни. Почему Прозор, отказался? Потому, что это он и настроил на это моих людей. Что же он увидел, что поступил так?
- Не плач, Всеслава. Ты ни в чём не виновата.
- Гуннар, кто это сделал? Назови их? Я видела только Бориса, кто ещё?
Гуннар молчал, закрыл глаза. Напоила его ещё отваром, потрогала голову, жар не спадал. Размочив, все повязки, их сняла. Вместе с девкой, мы обмыли его и вымыли его голову и постригли волосы на голове и бороде. Уложив его на постель, стала мазать раны мазью, перевязала. Девки принесли бульон из перепелки, Гуннар немного его выпил и провалился в сон.
Я вышла подышать воздухом, взяла на руки сына и пошла к Неже. Хотела поговорить, а наткнулась на слова осуждения.
- Ты сама виновата во всём, зачем приблизила Гуннара. Сплетни говорят, что это его сын, мы о тебе беспокоились.
- Мы, значит, ты знала? Значит, обо мне думали. Молодцы...
Нежа замолчала, смотрела на меня.
- Жаль, не увижу, как вырастет твой сын - я развернулась и вышла из избы.
Решение уже приняла. Тяжёлое, но по-другому не могу.
На обед я не вышла, ела в доме и посидела с Гуннаром, он весь горел, я уже потянула руки к нему, помочь ему надо и придётся увидеть его судьбу.
- Княгиня, я помогу - подошёл Силма.
- Помоги, у него жар - у меня слёзы стояли на глазах.
- Он так тебе дорог?
- Он же ни в чём не виноват, он любит меня, разве это его вина. Жалко мне его, он же человек.
- Иди княгиня, я помогу ему.
Я вышла во двор, оставив Хельги со Жданой. Во дворе за столом, никого не было и я села тяжело вздохнув. Собираясь с силами, откладывать не стала. Вдруг за стол сел дат Харольд, он посмотрел мне в глаза и произнёс:
- Не ошибись. Он стоит того?
- Решение принято.
Позвала одного из дружинников словен и отдала приказ:
-Позови сюда, Бориса, Кнута, Олафа и Барга, Прозора, и поспеши.
- Сделаю, княгиня.
Они встали передо мной, и только Прозор смотрел в глаза, остальные в землю упёрли взгляд.
Встала и спокойно, но твёрдо произнесла:
- Я больше не конунг для вас, и вы не мои люди. Даю вам три дня, что бы покинуть Ладогу. Прозор, наши дороги больше не пересекутся, в этой жизни. Кнут, твоя семья уйдет с тобой.
Взгляд мой прошёлся по каждому, остановился на Борисе, он же произнёс:
- Лучше казни, меня.
- Лучше, кому лучше?
ЧУДЬ
ГЛАВА 23
Чудь – исчезнувшее племя, чудь – загадочный народ.
На Урале и в Сибири про него молва идёт.
Чудаки иль чудотворцы, растворённые в веках?
Знает озеро Чудское, тайны прячет в берегах.
Артефакты и сказанья, Кама и «звериный стиль».
Разбросала это племя жизнь на сотни тысяч миль.
Но засела в наших генах чуди древней естество.
Распластала свои крылья Чудо-птица, божество.
Чудь - везде и чуди – нету. Это ли не чудеса.
Только отзвук во Вселенной и ночные голоса.