Появились идеи, на новые романы! Изменила тематику, но в викингам ещё вернусь ))
Если вам интересно, подписывайтесь и читайте.
С любовью, Ваш автор.
КОГДА Я ПРИВЫКНУ ДЫШАТЬ БЕЗ ТЕБЯ
ГЛАВА 27
Когда я привыкну дышать без тебя,
И небо не станет казаться постылым,
И боль превратится в слезинку дождя,
Ты знай, что тебя я уже разлюбила…
Когда целый мир станет больше, чем ты,
И сердце в тоске умереть не захочет,
И станут чужими родные черты,
Ты знай, что ты больше не снишься мне ночью…
Когда лёд разлук в кровь изрежет пути,
Взмолюсь небесам робкой верой своею…
Прости мне отчаянье… слышишь, прости…
И знай – не хочу… не смогу… не сумею…
Автор неизвестен
Вересень(сентябрь)-листопад (ноябрь) 761-762 год н.э Княжество Чудское- Ладога.
Корабли отплывают на рассвете, я этого не вижу. Я просыпаюсь, но не открываю глаза, лежу и слушаю плеск воды, ритмичные удары вёсел. Голоса невдалеке.
- Атли, не смей её трогать, она потом тебя и себя возненавидит - это голос Кнута.
- Кнут, жизнь за неё отдам, я люблю Хэйд. Не лезь, как она скажет, так и будет.
- Только попробуй к ней прикоснуться, убью - это Олаф.
Я поднимаюсь, вылезая из шкуры. Смотрю на стоящих у борта, напротив, викингов. С ненавистью смотрю, мне сейчас не хочется видеть никого.
- Воды зачерпните, умыться хочу.
Атли, опускает веревку с деревянной лоханкой в воду и вытаскивает её на палубу. Затем ставит рядом со мной, стоит и смотрит на меня.
Поднимаю на него глаза, спрашиваю:
- Чего стоишь? Без тебя справлюсь.
Умывшись сижу, смотрю как просыпается Хельги, вспоминаю рассказ Дира, о том, что его отец хотел его унести в лес и оставить.
А теперь Дир, ты бросил своего сына.
Хельги пытается вылезти из люльки, поднимаю сына на руки и прижимаю к себе. Мой мальчик, мой сын и ты теперь только мой.
Солнце поднимается высоко, стоит посередине небосвода. Полдень, викинги греют вчерашнюю похлёбку и собираются есть.
Кнут приносит мне похлебку и лепёшку. Мне совсем не хочется есть, отвернувшись и накрывшись шкурой, я кормлю Хельги.
Сажаю сына на шкуры и ложусь, смотрю в небеса, там плывут облака, облака-корабли. Глаза закрываются, но я слышу ко мне подходят.
- Хочешь убить сына? Он не в чём не виноват - на норвежском, Атли.
- Что ты говоришь?
-Тебе надо есть, или нечем будет кормить.
- Сядь рядом, поговори со мной - показываю на шкуру, рядом.
Я стала есть похлебку с лепешкой. Атли сел рядом и протянул руку к Хельги, я посмотрела на викинга. Он бы был хорошим отцом, он добрый и любит меня. Почему ему уготовано судьбой умереть? Наклонила голову, и слёзы потекли, впитываясь в тряпку.
- Не плачь, всё наладится. Я тебя не дам в обиду, он больше не коснётся тебя.
Вцепилась в его руку, наклонила голову ему на плечо. Мы прислонились к борту и так и сидели, я знала, что сегодня ему ничего не грозит. А завтра, завтра я буду бороться за его жизнь.
Мы уснули, когда открыла глаза уже село солнце. Сумрак, не помешал мне увидеть лица викингов, сидиших на вёслах. Я поднялась, вылезая из-под шкуры. Атли спал, будить его не хотелось. Посмотрев, где Кнут, подошла к нему.
- Где Свей?
- На другом драккаре.
- Когда пороги? Cтоянка скоро?
- Невтерпёж, дождись хотя бы Альдейгью.
Я посмотрела на него исподлобья.
- Кнут, ты дурак. Мне не нужен мужчина, Дир навсегда убил во мне женщину.
Кнут замер, стал ловить мой взгляд. Потом, что-то разглядев в моих глазах, опустил голову. Подошёл Борис, схватил меня за руку, за локоть:
- Княгиня, опомнись, тут не скрыться от глаз. Убьёшь у людей веру в тебя.
- Убери руку Борис! -орала во всё горло.
- Убери от неё руки, не трогай - это Атли подскочил , выхватив меч из ножен.
- Отойди Атли. А ты Борис, сам опомнись, что ты говоришь - смотрю на Бориса.
- Борис отойди, не смей говорить это конунгу, или я тебя убью - это Кнут.
- Успокойтесь все, Атли отойди и посмотри за Хельги.
Атли, недобро смотрит на стоящих рядом со мной, но отходит.
- Вы, ошибаетесь, второй раз ошибаетесь.
- Хэйд, с чего бы это ему тебя на руках нести? - это Викар.
Остальные поворачивают голову, ко мне.
Я не могу сказать им правду, мне не нужно ни чьих смертей. Они снесут этот город Плеск с лица земли, погибнут и мои викинги, мои друзья. Не хочу смерти невинной девочки-княгине, смерти людей-чуди.