Вермир уклонился от прямого удара, прошедшего около головы, и схватил за огромный кулак, пытаясь совладать с рукой, но удар коленом в и так пострадавший таз заставил Вермира забыть обо всём, кроме боли. В глубине он понимал, что что-то происходит, но вспышка света и нескончаемая боль, бьющая в уши, не давали вернуться к реальности. Водник освободился от вялых рук и схватил за челюсть, пытаясь выдавить хрящи и безумно смотря в затуманенный глаз. Всёпожирающее пламя ненависти превратилось в маленький костерок, еле стоящий перед могучим, всесильным ветром, вьющиеся языки ёжатся от бесконечной силы, но пламя, как в последний раз, огрызнулось, взвившись и показывая свою силу и пугающую мощь. От резкой боли Вермир пришёл в себя и, не задумываясь, схватил зубами перепонку меж большим и указательным пальцем с мясом и вырвал, махнув сжатой головой. Водник закричал, отдёрнув руку, но одновременно ударяя ногой, Вермир успел повернуться другим боком и частично заблокировал удар ладонями, но голень всё же дошла до тазовой кости. Вермир устоял на ногах, хоть вспышка света и боли, словно фейерверк, озарило сознание, но он быстро пришёл в себя и, не чувствуя левую ногу, опёрся на неё и вдарил на максимальной дистанции по колену возвращающейся ноги. Водник подкосился, как башня с разрушенной опорой, и рефлекторно упал на левое колено, чтобы сохранить равновесие, но Вермир ударил снова, прежде чем длинная, хоть и раненая, рука преградит путь. Вермир схватился за руку, оттеснил и повис на ней, нанося последний удар, выбивая колено, но Водник не упал, использовал инерцию для удара головой, Вермир успел подставить плечо и, после откинувшего удара, после которого онемело плечо, обхватил вытянутый, худой торс ногами и полез по руке на спину. Водник пытался скинуть, тряся рукой и ударяя локтем, но тщетно, Вермир вцепился стальной хваткой, залез на спину, обхватил левой, гудящей ногой длинную, сухую руку в локте, но даже так не хватило сил, чтобы её остановить, вцепился в шею и вгрызся в ухо, оторвав его, и выплюнул. Водник взревел, беспорядочно и яростно ударяя затылком, а рука потянулась, дрожа, изо всех сил. Вермир схватил руку за вырванную перепонку и сжал, а другой рукой обхватил голову, прижимая к телу, сворачивая небольшой, острый нос набок. Водник закричал и с силой упал на спину, воздух, как и мысли, выбило из Вермира, оставляя с болью, с давящим весом чужого тела. Водник зашевелился, пытаясь раздавить спиной, отталкиваясь целой ногой, давя телом на хрупкие рёбра, но Вермир, вбирая воздух, как рыба, выброшенная на берег, приблизил резцы к съёжившейся шеи и воткнул в плоть, взяв почти половину, и сжал челюсти, протыкая мышцы, связки, вены, хрящ, вырывая мясо, как обезумевший пёс. Неистовый крик боли прервался в зародыше. Вермир бил локтем в голову, пока не скинул тело и не отпихнул ногами в сторону, заполз на него, взял голову в руки, зарычал и ударил о брусчатку.