Вермир остановился перед уступом на миг, кивнул и полез. Дорога до города оказалась лёгкой и недолгой, несмотря на раны. Улицы, как всегда, прячутся в тишине, Вермир не стал надевать капюшон, те немногие горожане, кому посчастливилось увидеть его, замедляли ход, сжимались, делались незаметней, пытаясь убраться с пути. Молва о силе драконоборца, вылившейся на разбойников, разошлась на весь город.
Вермир прошёлся по саду, поднялся по каменным ступеням, слуга, как всегда, прикрывает двери телом.
— Если не впустишь — больше никого не увидишь, — холодно сказал Вермир, сверкнув глазом. — На пару часов.
Слуга раскраснелся и только открыл рот, как получил удар в шею и покатился по лестнице, словно мешок с картошкой. Вермир зашёл внутрь и направился в зал, навстречу тревожной походкой вышел Ифи.
— Это вы? — спросил он взволнованно. — Я слышал шум. Откуда раны на голове? И на руках, плащ подранный. Вы же вро…
— Надо написать письмо.
— Официальный запрос?
— Да.
— Это только с подачи Вергилия.
Вермир шагнул, но Ифи перегородил путь рукой. Острый, холодный глаз упёрся в разгневанный взгляд.
— Не торопитесь, — сказал Ифи тихо, еле сдерживаемым голосом. — Не хотите объясниться за свой поступок? Я же просил не показываться. А что теперь? Тебя все боятся и считают за одного из главарей разбойников. Зачем ты всех покрошил? Ты хоть видел, что сделал? И как с этим разбираться? Прикажешь считать драконоборца — убийцей?
— Извини, но обещания не давал, — сказал Вермир, убирая руку, и двинулся в зал. — Ублюдки сами напросились, давно пора провести чистку.
— Что это значит?! — сорвался Ифи, раздув ноздри.
— Ифи, кто там?! — донёсся из зала взволнованный голос градоначальника.
— Ты ещё не успокоился?! — прошипел Ифи, глядя в движущуюся спину.
— А, это снова вы… — расстроенно пробубнил градоначальник, увидев Вермира, и засунул полную ложку в рот.
Вермир остановился лишь у Вергилиевого носа, градоначальник подавился, рукой сдерживая пережёванную пищу.
— Вы напишите официальное письмо от моего имени в Цитадель, — сказал Вермир, глядя на испуганные глаза.
Градоначальник вытряхнул содержимое ладошки на стол и вытер о салфетку на сферообразной груди.
— Почему бы вам самому не написать письмо? — невнятно спросил градоначальник, хлопнув глазами.
Вермир обернулся к встряхнувшемуся Ифи.
— Господин, он имеет в виду запрос, который обрабатывает градоначальник. Не личное письмо, а публичное, — мягко сказал Ифи, слегка пригнув голову.
— А, тогда нельзя, — ответил Вергилий, протягивая руку к золотому кубку с вином.
— Это была не просьба, — добавив в голос грозности, сказал Вермир, повернувшись к градоначальнику.
Рука Вергилия застыла, а рот приоткрылся.
— Послушайте, такое не происходит за пару минут, — тактично сказал градоначальник, сглотнув. — Это же ляжет не только на ваши плечи, но и на наши, и если ваши смогут выстоять, то наши нет. Попробуйте решить проблемы с помощью личного письма. На этом всё, дайте споко…
— Если я напишу личное, то ты полетишь отсюда сразу в кандалы, — сказал Вермир, наступая на ногу градоначальника и приблизившись, Вергилий сжал челюсть и губы, но через секунду взвыл, смотря в потолок. — Делай, как я говорю, иначе даже ходишь не сможешь, а знаешь, как в темнице любят тех, кто не способен даже передвинуться…
— Ладно! Ладно! — истошно закричал Вергилий, тряся вторым подбородком. — Я сделаю, как ты хочешь! Только отпусти!
Вермир убрал ногу с приплюснутого ботинка, Вергилий согнулся, перестав дышать, попытался дотянуться до пульсирующих пальцев, но живот не позволил.
— За что мне это?! За что?! Почему я просто не могу спокойно поесть! — закричал Вергилий, глядя в потолок. — Ифи, иди, и напишите письмо.
— Да, господин.
Вермир развернулся и пошёл к парадной, Ифи сверкнул карие глазами и пошёл за ним.
— Ты ведь блефовал, — сказал Ифи, поднимаясь по мраморной лестнице за Вермиром.
— Ни капли.
— Тогда почему ты сразу этого не сделал? Тогда всего можно было бы избежать. У меня нет такой власти, чтобы позвать кого-то на помощь, мы заперты, как жуки под банкой, но если ты можешь… почему? — спросил Ифи, остановившись.
Вермир поднялся на пару ступеней и тоже остановился, обернулся так, чтобы была видна лишь половина изуродованного лица, и ухмыльнулся.
— Не пристало драконоборцу клянчить помощь, — сказал Вермир и двинулся дальше.