— Водник! — закричал Вермир, смотря в худую спину, беспрепятственно пропихивающуюся через толпу, и чувствуя, что сердце сжалось. — Ты тоже с ними? Тоже, как они?
— Найди меня и узнаешь.
Водник скрылся в темноте, пошёл в дом, противоположный тому, через который вошёл Вермир, но трёх людей, последовавших за ним, не выпустили из кольца, обступив и смотря на драконоборца.
— Зачем ты пришёл? — тихо, со страхом спросил ближе всех стоящий к Вермиру разбойник с порезанной щекой.
Жгучие желание не отступало, перемешалось со сладостным, предвкушающим страхом, волнением, с необъяснимым желанием последовать в темноту, но просто так этого делать нельзя, не только потому, что мешает целая толпа вооружённых людей, которые могут зайти со спины, а потому, что сюда пришёл с особенной целью. Вермир наклонился, выставив вперёд ногу и зловеще улыбнулся.
— Я пришёл убить вас.
Он рванул вперёд, взмахивая мечом, благодаря плотности толпе, клинок прошёл через множество тел, в мгновение располовинив. Разбойники лишь бессильно прикрывались руками и отступали назад, давя товарищей, земля пила кровь, не в силах принять всё, обливаясь, как опьянённая женщина, части тел свалились в кучу, никто даже и не пытался атаковать, но немногим удалось убежать. Мольбы пощады ничего не давали, он остался к ним глух, истребляя любого разбойника, которого встретит. Ноющее желание последовать за Водником не ослепило разум Вермира, он методично выискивал разбойников, прикрывающихся трупами, наверняка отрубал головы.
— Я знал… знал, что у такого чокнутого папашки родится такой же ублюдок, — тихо, безнадёжно сказал разбойник с разбитой головой, использующий труп, как спинку стула, когда подошла его очередь.
— Что ты сказал? — ошарашено спросил Вермир, остановившись.
— Я сказал, кусок ты сраного дерьма, что ты сраное чудовище, а твой отец убл…
Резкий удар прервал речь и свернул набок нос, разбойник прижал трясущуюся руку к носу, ловя кровь и дико посмотрев в единственный, сверкающий, как злая звезда, глаз. Клинок скрылся, Вермир схватил за одежду и стал вбивать разбитый кулак в ненавистное лицо, используя рукоять, как кастет. Он не остановился, даже когда разбойник потерял сознание, даже когда нос вошёл в голову, даже когда черты лица скрылись в кровавой каше, а кулак и пальцы окончательно разбились.
Вермир сел, часто дыша и смотря на то, что сотворила ярость, что он сделал, поддавшись ярости, но не бичевал себя, не испытал никаких чувств, только пустоту, а в центре, под ней, таится бесконтрольный гнев, ему всё равно, будто так и должно быть. Встав, Вермир пошёл за Водником, измазанный со стоп до головы кровью, со странным предвкушающим желанием.
В бедно обставленном доме одиноко горит свеча у стены, освещая стол и стену, но противоположная сторона сокрыта тенью, словно паутиной огромного паука. Аккуратно ступая, Вермир выкрутил чувства до предела, ощущая малейшие колебания воздуха, звука и запахов, почти ничего, кроме очертаний, не видя. Дверь пришлось искать на ощупь, тихо прощупывая стены, дыша, как тень, и ступая на носочках. Вермир нашёл косяк, но предполагаемая дверь не поддалась толчку, словно выпуклая стена из брёвен. Чувствуя, что ошибки быть не может, он выпустил клинок и вырезал в двери проход. Пласт досок упал на Вермира вместе с подпираемой дверью дубиной, откинув в сторону, он пролез через проход на улицу, такую же тёмную, как и прежде, ведущую в двух направлениях. Медленно закипая, словно нагретый чайник, Вермир посмотрел в небо, но отвлёкся на шумный бег. Фигура пробежала в проулке, остановилась, смотря в улицу, но увидев, что там кто-то есть, побежала дальше. Вермир сорвался с места, махая руками, широкими шагами достиг поворота за несколько секунд и увидел старательно убегающую фигуру, она тоже это заметила и побежала быстрее, но с каждой секундой расстояние стало сокращаться, хоть для раны на боку это сказалось плохо. Когда дистанция сократилась до двух рук, Вермир понял, что это молодой парень, который постоянно, пугливо оглядывается, и выпустил клинок, ударив по колену, но парень влетел в узкую, чуть больше плеч Вермира, улочку, которая оказалось тупиком. Вермир пробежал пару метров, снижая скорость, и пошёл за ещё испуганной душой.
— Я не разбойник! — вскричал парень, прижавшись к стене и смотря на медленно надвигающуюся, словно неизбежность, фигуру. — Я не разбойник! Я никого не убивал и не трогал, не грабил и не насиловал, я ничего не сделал!