- Нижайше прошу простить невежество простых людей! - Молодой офицер склонился еще ниже, едва не утыкаясь лбом в пол. - Они не могли знать...
- Прекрати юродствовать, Ян, - нарочито-спокойным тоном одернул его старший. - Это какое-то недоразумение.
Тот вздрогнул и сдавленно зашептал, не поднимая головы:
- Прошу вас, мастер Варк! Печать старого Круга невозможно подделать или подчинить другому. Это подлинник.
- Мы не можем быть уверены, - прошипел старший. Его лысина покрылась блестящими бисеринами пота.
- Нет, - горячо возразил молодой, - нет, мастер, мне ли не знать: у деда была такая же... И я видел портрет. Вы тоже, вспомните... Ну же, прошу вас! Нужно выразить почтение: он ведь мастер Круга.
Возмущение на лице лысого "мастера Варка" сменилось недоверием и тревогой; он явно не привык, чтобы ему перечили, и был достаточно умен, чтобы почувствовать за возражением вескую причину, но принимать услышанное на веру не хотел. Выражать почтение к незнакомцу ему претило, к тому же мешала поврежденная нога; и все же, когда он хорошенько разглядел Джибанда, упрямо сжатые губы дрогнули. Неохотно и медленно, будто что-то его держало, "мастер Варк" стал вставать.
- Не нужно, господа. - Голема его намерение вполне удовлетворило. - Хватит церемоний. Я тоже рад вас видеть. - Радости в голосе чародея было не больше, чем у всех остальных.
- Как и я. Встаньте! - сказал Джибанд. Деян невольно повернулся к нему и вздрогнул; большого труда стоило не выказать изумления. Он знал, что Голем учил великана не только колдовству, но и притворству, - и все же видеть результаты этих уроков оказалось неожиданно. В рокочущем голосе Джибанда сейчас слышалось княжеское достоинство и властность, и даже стоял он иначе, чем обычно, выпрямившись во весь рост и расправив плечи.
- Мое имя вы знаете. Назовите ваши, - приказал Голем.
Молодой офицер поднялся с пола и, пятясь, вернулся к столу, но сесть не решился.
- Брат Ян Бервен к Вашим услугам, милорд. - Он еще раз поклонился.
- Варк Ритшоф, командор Южной ложи Братства Раскаявшихся, - лысый чародей чуть склонил голову. - Мы сопровождаем Его Преподобное Превосходительство Андрия, епископа Зареченского, - епископу он адресовал поклон куда более почтительный, - ко двору Его Величества Вимила по поручению...
- Да-да, сопровождаете, - перебил епископ, до того молча наблюдавший. Голос у него оказался по-молодецки звонкий. - И, может быть, наконец соблаговолите объяснить, что здесь происходит?
- Ваше Высокопреосвященство, Ян предполагает, этот человек - тот, за кого себя выдает, - тихо сказал Ритшоф, склонившись к епископу. - И, как бы меня ни изумляла такая возможность, боюсь, в настоящий момент лучше с этим согласиться.
- Интересно. - Епископ, прищурившись, снова посмотрел на Голема и небрежным движением отряхнул крошки с бороды. Во его взгляде не было страха: только любопытство. - Рибен Ригич, князь Старожский. Вы хорошо выглядите для того, кто умер три столетия назад.
- Быть может, это оттого, что я не знал, что умер, - сказал Голем, выходя вперед. - Три столетия? - все-таки переспросил он чуть погодя.
Вряд ли он ожидал услышать намного меньшую цифру, и все же одно дело - предполагать, другое - знать... Епископ заметил его замешательство: на старческом лице промелькнуло удовлетворение.
- Двести семьдесят восемь лет, если летописи не врут и в этом, - сказал епископ, протягивая ладонью вниз руку с массивным священническим перстнем. Похожий, только попроще, был и у Тероша Хадема, пока тот не потерял его где-то - или только сказал, что потерял, а сам убрал подальше, поскольку странный обычай лобзать вместо живой руки холодное железо в Спокоище не прижился; кто-то даже полагал подобное унизительным. Деян напрягся, ожидая вспышки чародейского гнева, но Голем лишь покачал головой:
- Я не исповедую вашей веры, отец Андрий.
- Конечно, не исповедуешь. Ты дал жизнь омерзительному гомункулу супротив воли Господней. Ты еретик. Само твое нахождение здесь - ересь! - сказал епископ, возвысив голос. И вдруг как-то по-детски хихикнул. - Но ты достаточно могущественен, чтобы не беспокоиться о каре людской, верно?
- А вам не откажешь в проницательности, - с усмешкой сказал Голем. - Чего не скажешь о хороших манерах.
- Осуждение из уст еретика - похвала для меня, - самодовольно усмехнулся в ответ епископ. - Ну, хватит тратить время. Говорите, милорд Ригич: что вам от нас нужно?
Голем выдвинул из-за стола свободное кресло и сел. В наступившей тишине было слышно, как разом выдохнули Варк Ритшоф и Ян Бервен, слушавшие обмен "любезностями" с побелевшими лицами. На морщинистом лице епископа тоже промелькнула тень облегчения, и Деян подумал, что тот не так бесстрашен и глуп, как кажется: просто-напросто ему необходимо было выставить себя верным служителем Господним перед подчиненными ему чародеями.