Торжественная нота прозвучала фальшиво.
- Это вся история? - спросил Голем. - Ты ничего не исказил, не преуменьшил, не приукрасил? Ни о чем не умолчал?
- Нет, милорд.
- Да, милорд, - сказал вдруг Ритшоф с плохо скрытым злорадством. - Поводом к войне и ее оправданием послужила Ваша смерть. То есть Ваше якобы убийство. Для обеих сторон: ведь среди хавбагов вы были даже более уважаемы, чем в Империи; настолько, что кое-кто по сей день сомневается - на чьей тогда вы были стороне? Да что там: хавбаги до сих пор поклоняются вам, как богу! "Хранителю", как они называют своих идолов... Вы единственный чужеземец, удостоенный от этих еретиков подобной "почести".
Гроза снаружи набирала силу; вся харчевня, казалось, содрогнулась от близкого удара грома.
- Продолжай, - сказал Голем. - Не отвлекаясь на рассуждения про ересь.
Деян не мог видеть его лица, но заметил, как побледнел наблюдавший за чародеем Бервен.
- Насколько известно простым солдатам вроде меня, изучавшим историю по собственному почину, - Ритшоф усмехнулся, - первоначально все в Империи ожидали вашего скорого возвращения, полагая, что вас отвлекли некие тайные дела. Но позже команду вашего корабля допросили повторно, и выяснилось, что корабль пристал к Алракьеру без вас на борту, и последний раз живым вас видели на Островах. Однако в глазах хавбагов это было ложью: слишком многие наблюдали ваше отплытие, и среди них утвердилось мнение, что это нарьяжцы уничтожили вас за то, что не смогли склонить к войне... Как очевидно теперь, ложью было и то, и другое: вы живы или, во всяком случае, кажетесь таковым - чего не скажешь о сотне тысяч тех, кто сложил головы в попытке отомстить за вас. Думаю, не ошибусь, если предположу, что избранным из числа членов Малого Круга и другим ваших приближенным была известна правда - но никто из них не пожелал донести ее до других! - пророкотал Ритшоф. - По окончании Торговых Войн и эпохи смуты при подписании мирового соглашения между Великим Княжеством Дарвенским и Островами было особо оговорено, что прежние обвинения признаются ошибочными: сошлись на том, что, выполняя некое тайное поручение Императора Радислава, вы воспользовались для отбытия с островов ненадежным судном и погибли в море; Император был уже мертв и не мог ни подтвердить, ни опровергнуть это утверждение. Именно оно преподносится как истина в тех книгах, где до сих встречается ваше имя, а таких немного: вас, как и других прославленных героев времен Империи, не принято вспоминать. Зато в начале Смутного времени ваша известность наделала немало бед! Иногда бунты происходили якобы от вашего имени; самые отчаянные из предводителей бунтовщиков даже пытались выдать себя за вас. Многим ли есть дело до разоблачений и доказательств? Об именных печатях Малого Круга мало кому известно, и еще меньше людей хоть единожды видели их своими глазами. - Ритшоф указал на по-прежнему вращавшуюся над столом флягу. - Обманщиков казнили безо всякой жалости - но их дело продолжали новые подлецы, и вновь получали от невежественных бедняг поддержку. А те, кто знал правду и мог бы остановить это бессмысленное смертоубийство, предпочитали молчать... У них, надо полагать, были причины. И у вас, не сомневаюсь, были причины исчезнуть тогда и есть причины объявиться теперь. Но, видите ли, мои предки были простыми людьми, не якшались с еретиками, не выслуживались, не выпрашивали наград и титулов у самовлюбленных вельмож. - Сердитый взгляд Ритшофа на миг метнулся к Бервену. - Однако и моя семья заплатила кровью за грязные тайны Малого Круга; и я знать не желаю ни ваших причин, ни вас! Больше мне сказать вам нечего. Если вы желаете знать больше - почему бы вам не расспросить обо всем гроссмейстера ен'Гарбдада? Он видел Смутное время своими глазами и был вашим близким соратником. Говорите с ним!
- Непременно. Благодарю за совет, господин Ритшоф, - негромко сказал Голем. В этот миг в сравнении с источающим гнев и возмущение Ритшофом он казался очень спокойным. - Известно ли вам что-нибудь о дальнейшей судьбе моей жены? Нирима ен'Гарбадада? Других жителей Старого Рога?