Глава 1. Золотой котелок.
2 декабря 938 год от Великого Шествия Саранчи. Город Вальтес.
Стоял солнечный зимний день. В городе кипела жизнь. К единственной таверне в этом регионе подъехали всадники. Загнав своих крыс в стойло и заплатив крысолову пару медяков, они двинули ко входу в таверну. В это время, в таверне, Хальд, хозяин заведения, уже начал терять терпение.
- Где носит этих дрянных выблядков?! Тоже мне Серый орден! Я с этих уродцев все до последней копеечки сдеру! – рявкнул Хальд.
- Отец! Крысиные всадники въехали в город! - тонким голоском прокричала запыхавшаяся Мира. Она единственная и драгоценная дочь Хальда.
- Пущай быстрее тащат сюда свои задницы. Я не собираюсь ждать весь день!
- Я их встречу, отец.
- Стой. Поднимись наверх, не детское это занятие. Матери лучше помоги, она и так зашивается.
- Ну отееец, - простонала Мира. - Когда я еще такое увижу?
- Ишь какая выискалась! А ну быстро дуй отсюда, паршивка, а не то неделю будешь посуду мыть, - прогарчал Хальд.
Мира скорчила обиженную гримасу и побежала наверх.
- Хе-хе-хе. Распустил ты свою дочурку. Никакого уважения к старикам, - потягивая свое медовое пиво, прохрипел старик Дункан, некогда служивший в имперской армии.
- Да и без тебя знаю, - буркнул Хальд. – На меня в молодости похожа…
- Да как сказать, друг мой. Она пока голышом по городу не бегала, и в кабаках девок не цепляла!
После секундного молчания раздался хохот, да такой, что столы ходуном ходили…
Давно не смазываемые петли издали ужасающий скрип. Дверь открылась. Не сумев больше проронить ни единого звука, Хальд пристально начал рассматривать вошедшие в таверну фигуры, от кончика носа до кончика хвоста укутанных в серые плащи. В таверне повисла мертвая тишина. Каждый присутствующий обратил свой взор на этих загадочных мышей. Одни лишь испугано поглядывали, уткнувшись носом в свои тарелки. Другие внимательно рассматривали каждую мелочь, пытаясь запомнить как можно больше. Были и те, кто уже готов махать кулаками в случае чего. Однако, всех их объединяло одно – интерес. Не каждый на своем веку удостоился возможности повидать кого-либо из ордена, а еще меньше смогло пережить эту встречу.
- Долго же вы добирались, - сказал Хальд.
После этих слов, в тот же миг, напряжение развеялось. Уже никто не обращал внимание на этих необычных постояльцев. Серые будни продолжились.
***
Их было трое.
Первый представился Хансом. Как он сказал - глава отряда, то есть единственный способ связи с орденом. Ростом он был выше среднего, крепкого телосложения. Переступив порог таверны, можно было заметить, что его чуть занесло вправо, совсем слегка, но тем не менее он пошатнулся. Это говорило о прихрамывающей левой ноге. Огромные лапы были перемотаны тканевыми повязками, дабы надежней держать в руках меч и не натереть мозоли, при длительных переходах. Хоть плащ и прикрывал большую часть экипировки, но если захотеть, то можно было разглядеть, чем же нынче орден обеспечивал своих.
Во-первых, на его спине виднелся двуручный меч с крошечным голубоватым кристаллом. Если бы среди местных имелся имперский рудокоп, то он бы сразу заметил, что это не простой камушек, он из горы Хатон. Такие кристаллы были редкостью для простых смертных, ибо несли в себе остатки давно позабытой магии… Магии, которая давала тебе силу, но обязательно требовала что-то взамен. Во-вторых, на голове располагался шлем из железнодрева, которое заменяло всем авантюристам и охотником сталь, ибо было столь же прочным, но стоило в десятки раз дешевле. Ежели не вглядываться в детали, то все остальное было стандартом для мышей-гвардейцев, чуть поизносившемся, но все же надежным.
За Хансом стояла юная девчушка Хира, едва познавшая вкус жизни. Она была главным, а лучше сказать единственным, шаманом отряда. Пожалуй, Хира единственная чересчур выделялась. Ярко-зеленая краска, состоящая из смеси чебреца и лопуха, покрывала ее мордашку. Левую руку, до кончиков пальцев, оплетал живящий корень. Многие потом утверждали, что лично видели, как этот корень шевелился и самостоятельно передвигался по руке молодой девчушки, за что и были высмеяны. Местные скорее примут то, что у них в глазах все поплыло уже от бражки, чем в столь ненавистную, да и давно позабытую, в этих местах магию. Но как бы не прискорбно это звучало, этот корень и правда был живой… В правой же руке у нее находился обыкновенный ножик, высеченный из того же железнодрева. Он был не столько для защиты, сколько для забавы, дабы развлечь себя во время долгих переходов.