Доля евро в золотовалютных резервах большинства стран вскоре превысит долларовую долю. А. Гринспен признал это еще в октябре 2006 года. Как к этому должны относиться в США? Не просто с тревогой, но как к главной угрозе. Доллар не выдерживает конкуренции с евро. Потеряв монополию на статус резервной валюты, Америка не сможет взимать со всего мира контрибуцию и привлекать в качестве платы за эмиссию доллара сотни миллиардов иностранных инвестиций в свою экономику. Не сможет она оплачивать и триллионные расходы на флот, ракеты, на мировые СМИ, на «цветные» революции. Следовательно, по мере осложнения болезни доллара будут оседать и две другие опоры Pax Americana: армия, флот и пресса. Болезнь становится скоротечной. И потому в более тревожном сценарии просматривается массовый бег от доллара, возвращение в США потоков долларов, которые до сих пор размещены по всему миру и являются не более, чем ничем не обеспеченными чеками. ФРС всегда считала, что эти чеки никогда не будут представлены к оплате. Если их все-таки представят, то наступит гиперинфляция, подобная той, что поразила Германию в 1923 году. Вот такие ставки в тщательно скрываемой битве между долларом и евро.
Киссинджер, прибыв в Москву в июле 2007 года, вероятнее всего, просил помощи в системной защите доллара — воздерживаться от продажи нефти и газа за евро, не поддерживать иранскую нефтебиржу, учитывать долларовые резервы в Центральном банке России, продолжать закупать американские облигации и акции. Переговоры, как отмечалось, не удались. Если действительно так, то это разумно! Но тогда непонятно, почему Стабилизационный фонд (116 млрд долларов) остается в Америке, непонятно и участие России в вызволении США из ипотечного кризиса.
Десять Путинских ударов
Война началась еще до введения евро в Евросоюзе. На переговорах Евросоюза с Россией в мае 1999 года его представители выступили с инициативой, чтобы Россия начала принимать за свою нефть евро. За это европейцы обещали поддержать вступление России в ВТО. Европейский парламент принял в июне 2001 года резолюцию, в которой «призывает посредством диалога со странами ОПЕК и с другими, не входящими в ОПЕК, подготовиться к оплате нефти в евро». Два года спустя комиссар Евросоюза по энергетике Лайола де Паласио объявила, что «евро вообще становится на международных рынках средством платежа». На вопрос, возможно ли, чтобы цены на нефть номинировались в евро, она ответила: «Конечно, возможно на нефтерынке и на любом другом рынке. Это стабильная и сильная валюта. Роль евро шаг за шагом будет повышаться. Это нормально». На другой день директор Администрации по энергетической информации в США уверенно, но неубедительно ответил: «Известно, что доллар всегда побеждал». Все поняли, что это бравада.
Осенью 2003 года Путин сказал, что не исключает перехода к евро в платежах за нефть. Директор Европейского Центрального Банка Дуизенберг положительно отнесся к этому намерению. Конечно, — сказал он, — все страны, которые выстроились в очередь, чтобы сделать евро своей валютой, «будут заинтересованы платить за импорт своей домашней валютой». Евро становится все более опасным соперником доллара. Главное преимущество евро в том, что Евросоюз строго не допускает дефицитов и задолженности. Помимо этого ВВП Евросоюза уже превысил ВВП США. В мировой торговле доля платежей в евро скоро превысит долларовую долю. Евросоюз ввозит из стран ОПЕК, из России и из Норвегии намного больше нефти, чем ввозят США. Он является главным торговым партнером стран Ближнего Востока. Один из руководителей ОПЕК Джавад Яръяни еще в 2002 году поставил вопрос: «Может ли действовать двойная система? Могут ли платежи в долларах применяться в Западном полушарии, а для остальной части мира в евро?».
Это был не вопрос, а предупреждение американцам. С тех пор вот уже шесть лет «шаг за шагом», неприметно мир переходит к евро. Не успел президент Буш подвести неутешительные итоги своего январского визита на Ближний Восток, как генеральный секретарь ОПЕК Аль Бадри в февральском выступлении в 2008 году официально заявил, что ОПЕК в течение десяти лет перейдет к евро. Значит ли это, что через десять лет Америка не сможет покупать нефть за доллары? Не исключено, но главная угроза в том, что это может произойти намного раньше. Аль Бадри, видимо, успокаивает Вашингтон, дает время принять спасательные меры.
Американский исследователь У. Кларк, на хорошо документированные данные которого я часто ссылаюсь, так подвел итог 2007 года: «Таким образом, руководители ОПЕК, Европарламент, комиссар Евросоюза по энергетике и бывший глава Европейского Центрального Банка — все публично объяснили логику и желательность превращения евро в валюту, альтернативную доллару в платежах за нефть». Думаю, что его объективный анализ принесет американцам большую пользу, чем бравада, что доллар всегда побеждает.