Юноша остановился у одной из ниш, где хранились огненные сосуды – стеклянные сферы, наполненные живым светом стихии. Пламя внутри шевелилось, словно дышало. Ваар провёл ладонью по тёплому стеклу, и огонь под его пальцами вспыхнул ярче. Губы дрогнули в усмешке.
— Её сила зовёт. Она не для тебя, человек. Ни для кого... кроме тех, кто способен удержать её.
«Скоро начнётся обучение. А значит, мне не позволят быть рядом. Но я найду способ».
Эльвэлис
Весть о пробуждении Мэллоди достигла Академии и двора тёмных эльфов. Дракон направил послание, запечатанное знаком пламени и серебряной чешуи. В нём было сказано:
«Богиня очнулась. Она в безопасности. До тех пор, пока не обуздает силу Тэрры и пока вместе с Каэлем не примет предначертанное – останется в нашем замке».
Когда письмо доставили королю Даэлю, он долго смотрел на знак дракона, будто впитывал жар, запечатанный в пергаменте. Затем медленно развернул свиток, прочёл строки и, облегчённо выдохнув, опустился в кресло. На мгновение его лицо смягчилось – редкое выражение для того, кто привык скрывать чувства под холодом веков. Но через несколько дыханий он вновь стал прежним: строгим, собранным, без тени сомнения.
Он взял перо и начал писать ответ. Строчки ложились уверенно, будто сама ночь диктовала их:
«Принц Каэль должен прибыть в Аэст’Эланор через месяц. Его наказание вступит в силу согласно закону. Пусть драконы знают: мы чтим волю Тэрры, но помним и о долге».
Весть о письме дошла и до друзей Мэллоди. Дарэн, стоя у ворот Академии, крепко сжимал свиток в руках, будто боялся, что тот исчезнет. Глаза его светились волнением.
— Письмо от Каэля, — произнёс он взволнованно, когда остальные подошли ближе. — Он пишет... Мэллоди в порядке. Она жива. Теперь будет обучаться у драконов... вместе с ним.
Несколько мгновений никто не произнёс ни слова. Тишина стояла такая, что слышно было, как осенний ветер шевелит последние листья. Потом каждый опустил взгляд и разошёлся, неся в сердце своё – радость, боль... и тень надежды.
Ксал’Тэрра
На рассвете воздух в горах был холоден и прозрачен. Солнце, пробиваясь сквозь лёгкий туман, золотило вершины и крыши замка.
Минуло три дня с тех пор, как Мэллоди очнулась в этом месте. Все в замке были обходительны и учтивы. Она чувствовала себя важной – и именно это смущало.
О воспоминаниях она не сказала никому, даже королеве. Но Саар’Кхарис иногда смотрел на неё так, будто знал больше, чем говорил, – выжидал, не задавая вопросов.
Каэль старался быть рядом, искать взгляд, помочь словом или жестом. Но видеть его было невыносимо: боль тех дней всё ещё жила в сердце, жгла, как шрам.
А Ваар...
Молодой принц появлялся рядом неожиданно, будто из воздуха. Снисходительный, внимательный, он словно невзначай находил повод подойти, что-то сказать, помочь. Он был слишком мил, чтобы ему отказать – и слишком настойчив, чтобы не заметить.
Сегодня – её первое занятие. Владыка сказал, что обучение необходимо.
Проснувшись до рассвета, Мэллоди попросила слуг помочь сменить одеяние.
Когда она спустилась вниз, воздух был влажным и прохладным. У входа в нижние залы она остановилась, кутаясь в лёгкий плащ. Слуга проводил её, и всё же она чувствовала: за каждым её шагом наблюдают.
Зал, куда она вошла, был вырезан прямо в теле горы. Круглые стены, отполированные веками, мерцали тусклым отблеском факелов. В центре – каменный круг, выложенный символами, будто живыми под кожей камня. Воздух здесь был тяжелее, наполнен древним дыханием магии.
У круга стоял мужчина – высокий, сухощавый, с глазами цвета обожжённой меди.
— Добро пожаловать, Богиня. Меня зовут Аэрдрасс, — произнёс он низким, хрипловатым голосом, склонившись в поклоне. — Сегодня мы начнём твоё обучение.
— Я не Богиня, — тихо ответила она, — и не уверена, что смогу.
Магистр едва улыбнулся.
— Сомнение – тоже сила. Её можно направить.
Он поднял руку, и символы на полу вспыхнули мягким огнём. Воздух дрогнул, будто от дыхания самой горы.
— Первое, что ты должна понять, — продолжил он, — язык огня не произносится устами. Он живёт в дыхании. Каждый вдох – его зов, каждый выдох – его ответ. Он в тебе. Он – твоя кровь. Представь, что огонь – это река, текущая сквозь каждую мышцу, каждую жилку. Не запирай её. Не сдерживай. Дыши с ней. Почувствуй её ритм. Магия едина с тобой.
Мэллоди закрыла глаза.
Огонь отозвался сразу – мягкой, но ощутимой волной, скользнувшей по венам. И вместе с ним вспыхнули воспоминания: боль, страх, одиночество. Пламя поднималось, будто стремилось вырваться наружу. Жар поднялся к груди, и воздух вокруг задрожал.