Он хотел заговорить, сказать хоть слово – простое, человеческое. Но язык не слушался. Всё, что рвалось наружу, жгло горло и сердце.
Он решился.
Сделал шаг, чтобы пересечь зал – и замер. Путь уже преградил Ваар. Молодой дракон стоял между ними, прямой, как клинок. Плечи напряжены, взгляд – тёплый и твёрдый одновременно. Он будто встал на границе света и тени, заслоняя её собой.
Каэль остановился.
Сердце его билось гулко. Он прошептал, едва слышно:
— Мэллоди, выслушай... — В голосе дрожала просьба, и боль, и надежда.
Но дракон не отступил. Между ними повисла густая, режущая тишина.
— Уйди с дороги, — наконец произнёс Каэль, и голос его стал низким, опасно ровным. — Это не твоё дело. Она – моя суженая.
Слова эти прозвучали, как меч, брошенный в огонь – звонко, отчаянно, с болью.
Ваар прищурился. Губы его едва дрогнули – в усмешке или в гневе, и в глазах зажглась звериная ярость.
— Не моё дело?.. — повторил он тихо. И вдруг голос его, как раскалённый камень, разрезал воздух. — Ты отказался от неё. Ты причинил ей боль. Ты не имеешь права даже произносить её имя.
Принц шагнул ближе. В его глазах вспыхнуло то старое пламя, которое столько недель он пытался сдерживать.
— Я не прошу позволения, — его дыхание стало резким. — Я пришёл признаться. Ты не имеешь права стоять, между нами.
Сын Саар’Кхариса ответил действием.
Резко, почти без замаха, оттолкнул его. Это был не удар – вызов. В толчке не злоба – только защита, презрение и боль, не умеющая говорить словами.
Каэль отшатнулся, но удержался. Глаза его сверкнули, губы побелели.
— Ты не достоин, — рыкнул юноша. — Ты отказался от неё, а теперь требуешь права, которого лишил себя сам. Я находился рядом, когда она спала, когда училась, когда грустила. Я – тот, кто оберегал её все эти недели. Теперь я буду её щитом. Отойди.
Слова его летели, как искры.
Принц медленно выпрямился. Гнев в нём поднялся – не только из-за ревности или неожиданной правды, но и от глубокой боли и стыда. Он, стиснув зубы, прошипел:
— Ты не судья мне, Ваар. Это между мной и Мэллоди. Убирайся с дороги.
Юный дракон сжал кулаки. Он брезгливо скосил взгляд; рука дрогнула – и он толкнул Каэля в плечо. Поступок был резок. Но тот не сдвинулся.
Однако этого хватило – пламя внутри наследника вспыхнуло.
— Трус, — голос юноши стал хищным: — Беги, если не хочешь смерти. Не думай, что я не убью тебя.
Принц, охваченный яростью, не стал ждать. Сердце забурлило стихией, что всегда шевелилась в нём. Он резко развернулся и вышел прочь. Шаги быстро перешли в бег – ноги несли прочь от зала, прочь из замка. Но он не бежал от страха. Он бежал от собственного гнева – туда, где воздух холоден и можно дышать, чтобы удержать пламя внутри.
За ним послышались быстрые шаги. Дракон бросился следом. По каменным стенам пронёсся рёв ветра – не человеческий, тяжёлый:
— Решил сбежать? — голос гремел позади, с дерзкой решимостью. — Не скроешься, Каэль!
Они выскочили на открытую площадку – ту самую, что смотрела в бездонную пропасть. Там, где небо и земля сходились в дыму, а ветер резал кожу, как стекло.
Принц обернулся. Ваар стоял напротив.
Их взгляды встретились – два огня, два сердца, но с разной природой. И вдруг юноша дрогнул. Плечи выгнулись, кожа пошла рябью; волосы рассыпались золотистой чешуёй. Раздался низкий, рвущийся рёв. В одно мгновение человек исчез. Перед принцем встал дракон – молодой, необузданный, полный ярости и сил.
Наследник Сурраны понял: перед ним не просто соперник. Перед ним – зверь, и зверь пойдёт до конца. Дракон издал рык и рванулся вперёд, утягивая Каэля к самому краю. Принц едва успел уклониться, схватился за свисающую цепь. Металл зазвенел, воздух заревел от силы. Но когти дракона зацепили плащ. Рука соскользнула, и он полетел вниз.
Стража, стоявшая у нижних ярусов, увидела всё. Два силуэта на краю пропасти, рёв, звон металла. Один из стражей, не колеблясь, бросился к залу, к Саар’Кхарису. Его шаги отдавались в сводах, как ритм тревоги.
На площадке остался след от когтей – и запах горячей крови в ветре.
Крылья дракона вздымались над пропастью – тяжёлые, мощные, как сама стихия. В каждом взмахе слышался гул гор, а пепел срывался с камней и кружил в воздухе.
Каэль падал, борясь, упрямо пытаясь зацепиться, размахивая руками. Потоки воздуха били в лицо, глаза слезились. Перед ним расплывалось серое небо и тёмное солнце, пробивавшееся сквозь пар. Ветер ревел, рвал дыхание, разрывая ткань на теле. Ваар помогал ветру – когтями цеплял ткань и кожу, оставляя кровавые полосы.