У поворота она замерла вновь — но теперь потому, что увидела его.
Каэль вышел из соседнего коридора. Его шаги эхом мягко отзывались в камне. Он выглядел взволнованным, но собранным, удерживая в себе последнюю нить самообладания. Порыв ветра из распахнутого окна трепал его пепельно-золотистые волосы и края плаща.
Заметив её, он остановился. На миг в его взгляде промелькнуло слишком многое: облегчение, тревога, немой вопрос – и желание сказать, и невозможность произнести.
— Ты тоже к магистру? — хрипло спросил он.
Мэллоди кивнула. Странно... но при виде его тревога в груди отступила, словно чья-то ладонь легла на самое остриё боли и притупила её.
Они пошли рядом. Их шаги звучали одинаково сдержанно – оба боялись нарушить хрупкое равновесие, на котором держался весь их мир. У высоких дверей зала магии буря ударила сильнее, и створки сами распахнулись – то ли приглашая, то ли предостерегая.
Внутри свет был ярче, чем в остальном замке. В воздухе тихо парили золотистые искры — следы мощного заклинания. Магистр Аэрдрасс стоял у высокого окна, что возвышалось над ним, словно древняя арка. Волосы его были аккуратно убраны; лицо – спокойно, но в глазах жила бледная тень усталости, той, что открыта лишь тому, кто знает его давно. Он обернулся и слегка наклонил голову – почти благоговейно.
— Вы пришли ровно тогда, когда должны, — произнёс он негромко. И в этом «должны» не было ни времени, ни случая – лишь судьба. — Мир меняется. Судьба живущих пишет себя собственными законами. Нам лишь дано идти вперёд... а если хватит силы – попытаться её изменить.
Каэль и Мэллоди обменялись взглядом, но не ответили. Аэрдрасс подошёл ближе, его взгляд стал пронзительным – он видел глубже их слов, глубже оболочек, видел саму стихию внутри.
— Мэллоди, ты чувствуешь это? — тихо спросил он. — Тэрра говорит с тобой, даже если ты пока не готова слышать каждое слово. Когда завершишь обучение, познаешь свою суть полностью... и сможешь помогать всем, кто нуждается.
Она вздрогнула – потому что это было правдой.
— А ты, Каэль? — продолжил магистр, — стоишь на пороге пути, который сам избрал. Но прежде чем наступит завтрашний день... вы попробуете соединить свои стихии.
Каэль шагнул вперёд:
— Магистр Аэрдрасс... мне нужно поговорить. Время пришло. Завтра я должен…
Но магистр поднял ладонь, прерывая его.
— Я знаю. И потому вы оба здесь. Нити судьбы редко меняют свой ход.
Каэль стоял, сжав кулаки. Его напряжение росло с каждым словом; он слышал в голосе магистра больше, чем тот произносил вслух. Лёгкие вибрации магии отзывались в его крови.
Аэрдрасс смотрел на них долго. Долго – и глубоко. Он видел не просто двоих учеников. Он видел два будущих столпа мира.
— Сегодня будет урок, который ещё рано проводить. – тихо произнёс он, вдохнув глубже. — Но время бросает нам вызов. И мы должны ответить. Итак...
Он поднял руки – и воздух дрогнул. Золотые искры под потолком рванулись вниз, сплетаясь в круговой вихрь света. Каменный пол разошёлся тонкими сияющими кругами, словно огромный глаз мира раскрылся под их ногами.
— Встаньте в круг. Огонь зовёт вас.
Они шагнули внутрь. Сначала было тихо. А затем пламя вспыхнуло, словно кто-то сорвал покров:
— вокруг Каэля — резкое, горячее, рождённое самой его кровью;
— вокруг Мэллоди — ярко-алое, с синими переливами, словно живая кровь Тэрры загорается под её ногами.
Две стихии ощутили друг к другу – и потянулись навстречу.
— Дышите, — сказал Аэрдрасс громко. — И не сопротивляйтесь.
Каэль сделал шаг ближе. Его дыхание стало раскалённым, словно жар драконьего нутра. Мэллоди подняла голову, и золотые пряди вспыхнули солнечным отблеском в огненном вихре. И их огонь столкнулся.
Не мягко. Не постепенно. А резким, стремительным ударом, будто молния рассекла пространство:
— поток пламени взвился к самому своду; круг полыхнул ослепительным белым светом; искры рванули вверх, и воздух взорвался нестерпимым жаром.
Мэллоди вскрикнула и пошатнулась. Каэль дёрнулся, хватаясь за голову — пламя было слишком яростным, жар проникал под кожу, до самой сущности.
— Довольно! — голос Аэрдрасса разрезал свет, как клинок. Пламя рухнуло и погасло в одно мгновение. В круге остались лишь двое — бледные, ослабевшие, будто огонь вырвал из них часть силы.
Мэллоди не успела перевести дух, как мир внезапно… растворился. Перед глазами вспыхнуло видение: «чёрная гора; клетка, цепи; Ваар — на коленях, огонь в его глазах гаснет…» Она вскрикнула и прижала ладонь к груди, удерживая сердце от разрыва.