Четыре дня. Всего четыре дня, чтобы спасти душу человека, которого она полюбила больше жизни. В мире, где само время обернулось против них, превратившись в самого коварного врага.
Глава 32. Наследие Теней.
***
Копыта выбивали искры из прибрежной гальки реки Мирг’Анн. Лёд, ещё тонкий и коварный, предательски трещал под весом коней, но Кайрион не сбавлял темпа. За ним, едва дыша от ледяного ветра, следовал помощник. Вьюга хлестала по лицам, стирая границы между небом и землёй, превращая мир в сплошное седое марево.
Было раннее утро. Лес давно остался позади; огни пограничного поселения, где они остановились на краткий ночлег, давно погасли в тумане.
Снова короткая передышка, смена взмыленных лошадей – и снова в путь, к шпилям Аэст’Эланора, пронзающим низкое небо.
К вечеру того же дня они уже спешивались у подножия замка и стремительно поднимались в зал короля Даэля.
Их ждали. Владыка и Хранитель застыли в напряжении, подобном натянутой струне.
Мэллоди с жрецами находилась в Храме, пытаясь отыскать через корни хоть крупицу ускользающего сознания принца. Саар’Кхарис остался у входа – равновесие этого места было столь сильным, что корни могли вызвать непроизвольное драконье обращение.
Даэль и Хранитель кратко поведали Кайриону и его ученику о произошедшем. Услышав весть, юноша изменился в лице: его глаза лихорадочно блеснули, а движения стали порывистыми. Но в суматохе никто не придал значения странному волнению молодого мага.
Без лишних церемоний все направились в Храм. Жрецы с факелами вели их сквозь гулкий полумрак к расколотой чаше, окружённой обугленными, мёртвыми корнями. Там, в полном безмолвии, у самого алтаря сидела Богиня.
— Мы просим её найти истончившуюся нить суженого... — прошептал жрец, указывая магам путь вдоль алтарного камня.
Огибая каменное основание, помощник декана – Элерон, вдруг замер. Его глаза расширились, дыхание перехватило.
— Это же... — выдохнул он, но Кайрион резко сжал его плечо, призывая к тишине.
В этот миг Мэллоди открыла глаза. Увидев Элерона, она не сразу поверила в реальность происходящего.
— Элерон?.. – прошептала она, всё ещё не веря своим глазам.
Он кивнул. И тут она преобразилась: на её бледном лице проступила светлая, чуть горькая и одновременно счастливая улыбка. В глубине глаз отразилось беспокойное пламя факелов, а на щеках расцвёл слабый румянец облегчения.
Присутствующие замерли, не понимая, что связывает этих двоих – юного мага и Богиню.
— Это она... подруга, о которой я вам рассказывал, — едва слышно прошептал Элерон учителю. Он улыбнулся Мэллоди той самой обезоруживающей улыбкой, которую хранил только для неё, и твёрдо произнёс:
— Я сделаю всё, что в моих силах.
Он подошёл к чаше. Его движения мгновенно стали точными и выверенными. Он осматривал трещину, ощупывал края скола и осторожно вдыхал запах гари. Внезапно его лицо окаменело.
Голос Элерона изменился – исчезла юношеская мягкость, в нём зазвенела холодная сталь мастера:
— Это Тень. – Слова упали в тишину, как тяжёлые камни в глубокий колодец. – Она поглотила не только его душу, но и тело. Оно уже за гранью...
— Нет! — ахнула Мэллоди, её руки задрожали, судорожно сжимая печать богини.
Элерон мгновенно опустился перед ней на колени, накрыв её холодные ладони своими. В этом жесте было столько же сострадания, сколько и неколебимой решимости.
— Богиня... я помогу вам. Это и есть моя стихия... Мэл-ло-ди, — он произнёс её имя медленно, по слогам, давая понять: он знает всё. Всю правду.
Мэллоди застыла, её лицо исказилось от внезапного стыда и ужаса осознания – её тайна, которую она так тщательно берегла, была раскрыта. Она едва заметно кивнула, тяжело вздохнув снова закрыла глаза, заставляя себя слиться с дыханием Тэрры.
Проникновение.
Элерон повернулся к чаше и, коснувшись почерневшего камня, тоже закрыл глаза. Кайрион встал позади него в позе защитника, вытянув руки вперёд. Он сосредоточился, и с его губ сорвался едва слышный шёпот древнего заклятия.
Воздух над алтарём начал меняться. Он заискрился, пространство вокруг чаши мелко задрожало, будто от озноба. Появился туман – густой, тягучий, как смоль. Дышать стало так тяжело, что Даэль и Хранитель были вынуждены опуститься на корни: магическое давление буквально вжимало их в землю, требуя покорности.
Внезапно туман в центре над чашей стал светлеть, превращаясь в прозрачную дымку, а в самой середине возникло тёмное пятно. Оно стремительно увеличивалось, обретая форму то ли призрачной двери, то ли зрачка гигантского, немигающего глаза, за которым зияла бесконечная Пустота.