Осознание пришло мгновенно. Сонливость как ветром сдуло. Мэллоди резко выпрямилась и с размаху ударилась локтем о дверцу кареты.
— Ай! Я-яй! — вскрикнула она, хватаясь за ушибленное место и едва не шипя на дверь.
— Ну что, госпожа, — протянул Каэль, наслаждаясь её замешательством. — Как выспалась?
Озорной огонёк в его глазах просто бесил. Он подался вперёд, протягивая руки, чтобы осмотреть её локоть.
— Сильно болит? — спросил он нежным, но всё ещё насмешливым голосом.
Внутри Мэллоди что-то вспыхнуло. Жар обиды и злости захлестнул её. «Он издевается! Смеётся надо мной!»
Не выдержав, она оттолкнула его руки и разразилась гневной тирадой о том, какой он невоспитанный, как нельзя смеяться над чужой болью и как вообще ведут себя приличные принцы. И в конце, сама от себя не ожидая, выпалила:
— Гномьи потроха!
В карете повисла гробовая тишина. Экипаж неожиданно остановился.
Брови Каэля взметнулись так высоко, что глаза стали похожи на блюдца. Он явно не ожидал от своей нежной Богини таких познаний в ругательствах.
— У вас всё в порядке, наследник? — послышался обеспокоенный голос возчика снаружи. — Давненько я таких крепких слов не слышал, кхм, извините... — и эльф залился хриплым, довольным хохотом.
Каэль вздрогнул, посмотрел на побледневшую Мэллоди, которая в ужасе прикрыла рот ладонью, и.. расхохотался вслед за возчиком.
— Ха-ха-ха! Гномьи потроха! Ох, Мэл... — принц буквально задыхался от смеха.
Мэллоди была готова провалиться сквозь землю. Она лихорадочно начала поправлять одежду, обуваться, мечтая только об одном – исчезнуть.
— Вот уж не ожидал, — продолжал он, когда карета снова тронулась. — Что скажет ректор Академии, узнав, как выражается Богиня?
Постепенно он успокоился, и его голос стал серьёзнее. Вдохнув, он взял её руки в свои, заставляя посмотреть на него.
— Не пугайся, Мэллоди. Это огонь Тэрры в тебе заговорил. Он горяч и импульсивен, отсюда и такие всплески.
— Но я никогда раньше... — прошептала она, опуская глаза.
— Ты теперь тоже огонь, — он искренне улыбнулся, и Мэллоди наконец оттаяла. Плечи расслабились, а на щеках проступил мягкий румянец.
— Приехали! — крикнул возчик.
За разговором они не заметили, как въехали в город. Гулко захлопнулись ворота, и экипаж замер у богатой гостиницы.
Остэа.
Хозяин с хозяйкой лично вышли встречать наследника, кланяясь низко.
Внутри их окружило тепло печей и божественный запах свежего хлеба. Каэль пригласил возчика за их стол, и они вместе поужинали в уютной обстановке. Принц предложил эльфу взять королевского скакуна и утром вернуться домой, сказав, что дальше они справятся сами.
— Как так – уехать? — возмутился старый эльф, вскакивая со стула. — Я ещё город Ладал своими глазами не видел! Есть о чём внукам рассказать. Когда ещё старому эльфу выпадет честь прокатиться по бывшей столице Сурраны?
Каэль только заулыбался – он понимал старика.
Прислуга провела их в просторные комнаты на втором этаже.
Горячие ванны смыли дорожную усталость, а мягкие перины приняли их в свои объятия. Сны были лёгкими и чистыми.
На рассвете, одновременно выйдя из своих комнат, Каэль и Мэллоди замерли, глядя друг на друга. Выспавшиеся, посвежевшие, они молча пошли по коридору вниз, объединённые лишь одним простым и родным желанием: отведать того самого горячего хлеба, пахнущего домом.
Быстро позавтракав, они вновь тронулись в путь. На этот раз карета не знала остановок: миновав поселение Лэста, они во весь опор гнали до самого Ладала.
К стенам города путники прибыли, когда небо уже окрасилось в глубокий бархат ночи под холодным светом Са’тар.
Возчик-эльф был немного огорчён, что из-за темноты не может рассмотреть все красоты, но размеры крепостных стен и массивные главные ворота, серебрившиеся в лунном сиянии, поразили его воображение. Город в свете Са’тар выглядел величественно и сурово.
— Мы могли бы остановиться у одного хорошего человека, — вдруг предложила Мэллоди, высунувшись из окна. — В таверне, где я жила с друзьями. У неё ещё название такое забавное… — она на мгновение задумалась и выпалила: — «Крыло Северной Дичи»!
Каэль и возчик переглянулись, но раз Богиня просит – отказывать не стали.
Стража у ворот, узнав наследного принца, тут же распахнула ворота, приветствуя его громкими возгласами. Каэль ехал впереди, сдержанно кивая народу, который уже начал узнавать своего приемника. Мальчишка, бегавший по улице, с радостью показал дорогу к таверне, за что принц щедро наградил его гронами.
Когда экипаж замер у «Крыла Северной Дичи», в окнах таверны тут же замелькали любопытные лица. Хозяин выскочил на крыльцо в тот самый момент, когда Каэль спрыгивал с коня.