До Каэля мгновенно дошло. Он невольно ухмыльнулся, представив её за этой дверью.
— Выходи, пойдём завтракать. Всё хорошо, — снова постучал он.
Раздался щелчок замка. Дверь приоткрылась, но Мэллоди так и осталась стоять в тени, не поднимая глаз. Каэль увидел, как густой румянец заливает её щёки до самых кончиков ушей. Ухмылка сама собой сползла с его лица, сменившись мягким выражением.
— Вчера мы отлично провели время и хорошо отдохнули, — сказал он негромко. — Пойдём, и потом погуляем по городу.
Он терпеливо протянул ей руку ладонью вверх.
Мэллоди подняла глаза. В его взгляде не было ни насмешки, ни укора – только спокойствие и тепло. Поверив ему, она несмело вложила свои пальцы в его ладонь.
Но не успела она опомниться, как Каэль неожиданно дёрнул её на себя, прижал к боку и, по-доброму подшучивая, потащил вниз к лестнице. Только на ступенях он сбавил напор, бережно ведя её за руку, словно самое дорогое сокровище.
Непровозглашённая Богиня.
Они спустились в общий зал, надеясь на спокойный завтрак, но Ладал уже проснулся. Таверна была полна народу: купцы, горожане, заезжие молодчики. Стоило Каэлю ступить на последнюю ступень, как по залу пролетел шёпот, сменяющийся приветствиями.
— Слава наследнику! — доносилось со всех сторон.
Мэллоди, ослеплённая десятками любопытных взглядов, почувствовала, как ладонь Каэля жжёт её кожу. От неловкости она резко вырвала руку и поспешила к дальнему столику. Каэль нахмурился, но последовал за ней. Внимание толпы не ослабевало, и до слуха девушки долетел ядовитый шёпот:
— Кто это с ним? Очередная фаворитка? Что такая девица делает рядом с принцем?
Печать над сердцем запульсировала, отзываясь на несправедливость и обиду. Мэллоди судорожно повернулась боком, пытаясь скрыться от чужих глаз.
— Мэллоди, что-то не так? — Каэль заметил её бледность. Он тоже слышал эти вопросы, и его челюсть невольно сжалась.
— Пожалуйста, давай уйдём, — выдохнула она.
Недопив чай, они ловко выскользнули на улицу. Зимняя стужа мгновенно обдала их холодом, выветривая тепло напитка.
— Похоже, мы забыли, о зимнем холоде, — коротко бросил Каэль, пытаясь развеять напряжение, но прохожие продолжали оборачиваться на них.
Мэллоди сжалась, ей было уже не просто холодно, а невыносимо стыдно.
— Идём, — Каэль решительно взял её за руку и обошёл здание.
У входа во внутренний двор молоденькая служанка развешивала бельё. Увидев их, она испуганно подбежала:
— Ох, госпожа! Замёрзли? Что случилось?
— Проведи нас наверх другим путём, чтобы в зале никто не видел, — отрывисто приказал Каэль.
Служанка всё поняла без слов. Она торопливо вытерла руки о фартук и провела их через хозяйственные каморки к лестнице, на каждом шагу робко извиняясь.
Мэллоди стремглав поднялась к себе, Каэль едва поспевал следом.
— Постой! — окликнул он её у порога, но она скрылась в комнате.
Он постоял мгновение, переминаясь с ноги на ногу, а затем вошёл следом и плотно закрыл дверь. Мэллоди меряла комнату быстрыми, нервными шагами.
— Скажи мне, что тебя беспокоит. — тихо сказал он.
Она резко остановилась и бессильно присела на край кровати.
— Они все… они все разглядывают меня, Каэль! — выпалила она, глядя ему прямо в глаза. — Они шепчут: «кто она такая?» Никто ведь не знает, что я твоя суженая. Я сбежала сразу после обряда… Разве ты забыл?
Время в комнате замерло.
Сказанные слова тяжёлым камнем легли Каэлю на грудь.
В висках набатом застучало: «Никто не знает… я сбежала…». Всё тело принца словно окоченело. В груди стрельнуло такой острой болью, что он стиснул зубы до скрипа.
Он понял.
Он – наследник, его знает каждый ребёнок. А она? Из-за его поступка официальное представление новой Богини отложили. Совету пришлось лгать, скрывать её исчезновение. Для народа её не существует.
Она – лишь безымянная спутница в его тени.
Осознание собственной вины подкосило его. Каэль схватился руками за лицо и медленно осел на пол.
Мэллоди, забыв о своей обиде, тут же подскочила к нему и присела рядом.
— Каэль… что с тобой? Тебе плохо? — её руки легли на его колени.
Этот жест вырвал его из оцепенения. Он поднял на неё взгляд, полный горечи.
— Прости меня… — глухо сказал он. — Я не подумал, что в их глазах ты – никто.
— Каэль, — мягко остановила она его, — давай просто побудем здесь. А потом, когда соберёмся, я спущусь одна. И мы просто поедем. Так будет лучше – для всех.
Он видел её умоляющие глаза и понимал, что она права. Положение было скверным: принц с неизвестной девушкой – почва для злых слухов, способных обернуться бедой.