Каэль выпрямился. Медленно, возвращая себе самообладание.
— Ты права. Пока Совет не представит тебя официально, нам стоит быть осторожнее на людях. Это… ради тебя.
Он поднялся и помог встать ей. Они оба сели у окна: он – на подоконник, она – на стул, и стали молча разглядывать кипящий жизнью город.
Чтобы отвлечься, Каэль начал расспрашивать её о прогулках с друзьями в этом городе, и она начала рассказывать. Он слушал внимательно, но внутри него бушевал огонь. Гнев, который раньше подчинял его, вновь рвался наружу, но Каэль держал его стальной хваткой. Это причиняло почти физическую боль, но он не мог позволить себе снова сорваться. Не сейчас. Не с ней.
Глава 43. Щит Богини.
После долгого рассказа у окна в комнате установилось странное, почти хрупкое равновесие. Мэллоди говорила о друзьях и так искренне улыбалась, что это помогло рассеять тень прошлых ошибок в душе Каэля, оставив в нём лишь тихую решимость.
Они решили быть осторожными: пока Мэллоди ещё не явили миру, чужое внимание им было не нужно.
Увидев в окно, что возчик уже вывел экипаж, они быстро покинули таверну через заднюю дверь. Каэль на миг задержался, чтобы передать хозяину щедрую плату и извиниться за столь внезапный уход.
Он помог суженой сесть в карету, сам вскочил в седло, и они стремительно покинули город.
Как только они выехали за городские ворота, оба невольно выдохнули. Напряжение отступило.
Дорога впереди была густо запорошена свежим снегом, заставляя ехать медленно и осторожно. Мэллоди с тихим восторгом прильнула к окну – зимний лес за это время почти не изменился, разве что сменил яркую зелень на ослепительно-белые наряды. Каэль ехал впереди, вглядываясь в знакомые тропы, а тишина вокруг нарушалась лишь редким шорохом лесных обитателей.
Остаток пути скрасил эльф-возчик. Впечатления от города переполняли его, и он без умолку описывал Великий Фонтан.
— Гномы — истинные кудесники камня! — восхищался старик. — Так передать черты нашего Владыки и Богини… Потрясающе! А торговые лавки? Такого разнообразия товаров я и у эльфийских купцов не видывал.
Когда вдали показались знакомые очертания Академии, кони прибавили ход. Вскоре экипаж замер перед массивными воротами.
Каэль только потянулся к дверце кареты, но Мэллоди опередила его – она выпрыгнула из кареты, едва дождавшись остановки. Девушка не могла поверить глазам: она здесь! Она вернулась! В её глазах запылал огонь такого чистого счастья, что Каэль, наблюдая за ней со стороны, окончательно убедился – его выбор был единственно верным.
Массивные врата начали медленно открываться.
В проёме, на широкой лестнице у самого входа в Академию, показался ректор Маат в сопровождении Хранителя. По их лицам невозможно было понять, что они чувствуют: гнев, радость или суровое удивление. Но стоило Мэллоди протиснуться в едва открывшуюся щель ворот, как она, словно маленькая девчонка, сорвалась с места и помчалась через двор к лестнице.
Маат стоял на верхней ступени, ожидая. Все сомнения исчезли, когда он широко раскинул руки. Мэллоди влетела в его объятия, и он прижал её к себе так крепко, как прижимают родную дочь.
— Ты цела… Ты здорова! Как же я рад, — ректор выпустил её, взял за щёки, внимательно осматривая, а затем по-отечески потрепал её косички. — А ты выросла! И косы стали длиннее!
Он кружил её перед собой, сияя от облегчения.
— Какая красавица стала… А наряд! Вижу, драконья мода тебе к лицу, выглядишь взрослее. Только смотри у меня! — он слегка щёлкнул её по носу и вновь расплылся в улыбке. — Теперь я буду следить за тобой!
Все вокруг замерли, не зная, как реагировать на такой всплеск чувств. Хранитель лишь терпеливо вздохнул – он знал, сколько седых волос прибавилось у ректора за месяцы переживаний. Каэль же переглядывался с эльфом-возчиком, оба невольно ухмылялись, видя столь горячий приём.
— Прошу, проходите, согрейтесь, — Маат обратился к возчику. Эльф округлил глаза, начал было отнекиваться, но Хранитель уже по-хозяйски взял его за плечо и повёл внутрь.
— Мэллоди, догоняй! — крикнул Хранитель, намекая, что Каэлю и Ректору нужно поговорить наедине. Девушка, ахнув и извиняясь, метнулась следом за эльфами в тепло Академии.
Маат медленно повернулся к Каэлю. Его взгляд потемнел, улыбка мгновенно исчезла. Принц замер, ожидая холодного упрёка – ведь именно он преступил всё, что должен был защищать. Но дядя удивил его: он неожиданно схватил племянника за рукав, притянул к себе и обнял с такой силой, что у Каэля воздух вышел из лёгких.