Воздух вокруг Каэля начал мелко дрожать от жара, а Элерон уже коснулся ладонью плеча Мэллоди, словно собираясь увести её прочь. Но в тот момент, когда тишина стала звенящей, тяжёлые створки боковой двери распахнулись с грохотом, заставив всех вздрогнуть.
— Что здесь за столпотворение? — голос холодный и отчётливый, как удар плети о камень, прорезал тишину зала. — Последний курс стихийников! Почему вы всё ещё здесь, а не на полигоне?
В зал вошёл Декан Маарел’Аэль – высокий светлый эльф с серебристыми волосами и ясными серо-голубыми глазами. Он был облачён в длинную, струящуюся мантию цвета лунного света, изящно расшитую звёздными символами. Разрезы по бокам и свободные рукава позволяли ему легко двигаться, а каждое движение словно озаряло пространство вокруг. Он излучал спокойную, холодную уверенность, свойственную декану факультета стихий.
Адепты мгновенно отпрянули друг от друга. Брад и Дэи застыли в оцепенении.
Маарел’Аэль твёрдым шагом подошёл к стоявшим. Остановился между Каэлем и Элероном, небрежно отодвинув последнего в сторону, будто тот был пустой помехой.
— Декан, мы... — начал было Элерон, но Маарел’Аэль пресёк его взмахом руки.
— Избавьте меня от оправданий, Элерон. Ваша задача – тренировки, а не препирательство в столовой. Уходите. Живо!
Друзья Мэллоди, бросив на Каэля взгляды, полные немого обещания отомстить, вынуждены были подчиниться. Они неохотно отступили, уводя Мэллоди, но Декан снова заговорил, заставив всех замереть:
— Юная леди, — он кивнул Мэллоди, — ректор ждёт вас в библиотеке через четверть часа. Не опаздывайте.
Мэллоди бросила быстрый, взволнованный взгляд на Каэля, но тот стоял неподвижно, сложив руки на груди и сверля взглядом Декана.
Когда друзья увели её, Маарел’Аэль наконец повернулся к принцу.
— А вы, молодой человек, — Декан смерил Каэля оценивающим взглядом с ног до головы, — полагаю, и есть тот самый «дополнительный ученик», о котором предупредил меня ректор?
Каэль дёрнул подбородком, его глаза сузились.
— Я – Каэль Фэнаррис. И я здесь не для того, чтобы меня так называли.
Маарел’Аэль лишь сухо хмыкнул, в его глазах блеснула искра ехидства.
— Титулы оставьте за воротами, Ваше Высочество. Здесь вы – адепт с запущенными навыками и необузданным характером. Дарэн! — он окликнул щита, который всё это время старался казаться невидимым. — Забирай своего друга. Через пять минут жду обоих на северном полигоне. Посмотрим, осталось ли в этом принце хоть что-то, кроме гордости.
Дарэн быстро подошёл к Каэлю и легонько подтолкнул его к выходу, пока тот не успел сказать что-то, о чём пожалеет.
— Идём, Каэль, — шепнул он. — С Деканом лучше не спорить. Он не оставит тебе покоя, пока не сломает.
Каэль бросил последний взгляд на закрывшиеся двери, за которыми скрылась Мэллоди. В его душе бушевал шторм: ревность к Элерону, обида на друга и осознание того, что в Академии он больше не всевластный принц, а всего лишь ученик, которому предстоит вновь доказать своё право быть рядом с Богиней.
Глава 44. Перемирие.
За дверями.
Как только тяжёлые двери столовой закрылись, шум за ними оборвался, и коридор накрыло плотной тишиной. Воздух всё ещё дрожал от недавней стычки.
Мэллоди уводили почти бережно, будто боялись снова потерять: Брад шёл слева, Дэи и Нэйрен справа, а Элерон шагал впереди быстрым, нервным шагом – пытаясь уйти от собственных мыслей. Но, свернув в коридор, ведущий к библиотеке, он резко остановился.
— Подожди, — голос у него сорвался на низкий, напряжённый. Он обернулся к Мэллоди, глаза горели. — Нам нужно поговорить.
Мэллоди чуть отступила назад. Губы дрогнули, но слова так и не вышли. Она не знала, что сказать. Всё внутри было спутано: откуда они знают правду? Что рассказал Дарэн? Что за «щит»? Почему все говорят так уверенно, будто жили рядом с ней всё это время? Она написала друзьям честно… но поверхностно. А они знали слишком многое.
Элерон видел её растерянность, но был на взводе – и уже не мог остановиться.
— Мэлл… — начал он, пытаясь выбрать слова. Но не успел.
Коридор прорезал строгий, холодный голос:
— Богиня.
Все вздрогнули и повернулись.
В конце коридора была открыта дверь, а в ней – ректор Маат. Он стоял, упёршись руками в бока. Золотая вышивка на мантии сверкнула в свете кристаллов.
Он выглядел так, словно готов был отчитывать целый курс.
— Чего стоите? — голос был сухим, резким. — Немедленно по занятиям. Богине нужно сначала освоиться, получить форму адепта. Наговоритесь ещё!
И, разворачиваясь, Маат скрылся обратно, оставив за собой открытую дверь и дрожащую тишину.