Друзья Мэллоди в этот вечер так же не смогли больше увидеться, чтобы обсудить её возвращение. Декан Маарел’Аэль словно задался целью измотать их до предела – он гонял их по полигону до последнего гонга. Как только тренировка закончилась, им пришлось сразу разбежаться по корпусам, едва волоча ноги.
Нэйрен был завален свитками от своего преподавателя, даже не успев переодеться – он так и уснул за столом, уронив голову на пергамент.
Лишь Мэллоди в своих новых просторных покоях не могла найти покоя. Она сидела у окна, вглядываясь в ночную тьму и пытаясь разобраться в себе. Нужно было правильно сформулировать вопросы ректору и понять, кому вообще можно доверять. Но перед глазами то и дело всплывал он. Тот самый пронзительный, тёмный взгляд Каэля в столовой.
Она невольно вздрогнула. Мысль оформилась чётко: я должна их познакомить и всё объяснить. Чтобы не было больше этой вражды. То, что было, нужно забыть.
Вдох… Печать над сердцем отозвалась мягким, пульсирующим теплом.
— Да, Тэрра. Теперь это моя задача. Я знаю, как поступить.
Прошептала Мэллоди и выдохнув попыталась уверенно улыбнуться своему отражению в тёмном стекле. Сбросив тяжёлое платье и переодевшись в тонкую сорочку, она забралась под одеяло. Постель оказалась такой мягкой и нежной, словно облако, прячущее её от всего мира. Свернувшись калачиком, она почувствовала, как сознание уплывает. На этот раз сон был крепким и успокаивающим.
Первый шаг.
Долгожданное утро в Академии встретило Мэллоди сиянием – ярким, почти праздничным, будто сама зима решила на время сменить гнев на милость.
Небо над башнями было чистым, хрустально-голубым, а мороз стоял такой крепкий, что на широких оконных пластинах расцвели тонкие серебряные узоры, похожие на вырезанные из льда цветы. Солнечные лучи прорывались сквозь них блестящими полосами и мягко ложились на длинные столы столовой.
Мэллоди сидела в пустом зале – за тем самым столом, где они всегда собирались раньше. Она пришла первой, чтобы воплотить замысел. На ней было новое платье – тёмно-синее, с мягким мерцанием и серебряной вышивкой, которая холодила кожу. Она чувствовала, как плотная ткань подчёркивает каждый её вдох, а пояс с рунической застёжкой едва ощутимо пульсирует лунным светом. Аккуратно заплетённые косы лежали на груди, но даже это привычное удобство не помогало унять дрожь в пальцах.
Из кухни доносился звон посуды и аромат свежей выпечки, горячей молочной каши – но в самой столовой не было ни души.
Ожидание тянулось медленно, превращаясь в тугую тревогу. Чтобы занять себя и отвлечься от голода, Мэллоди пододвинула ещё одну лавку поближе и села. Она сегодня твёрдо решила усадить Каэля и Элерона рядом. Заставить их не просто встретиться взглядами, но и найти общий язык. Хотя эта затея казалась ей сейчас опаснее любого сражения.
Мэллоди сидела, сжимая пальцы, и думала: Кто войдёт первым? Как они отреагируют? Что скажет он?
И когда дверь неожиданно хлопнула – она вздрогнула так, что сердце рванулось в горло. Она резко обернулась. Но это были не они. Это оказались лишь старшекурсники. Они вошли шумной гурьбой, споря о чём-то своём, и заняли места в глубине зала, даже не взглянув в её сторону. Девушка тихо выдохнула и развернула лавку так, чтобы видеть вход. Она продолжила ждать.
Настоящая встреча произошла совсем не так, как она себе рисовала. Сначала из коридора донёсся глухой удар и чьё-то раздражённое «Снова ты…», а в следующую секунду двери распахнулись настежь. В зал буквально влетели Дарэн и Каэль – судя по их виду, в коридоре случилась как минимум короткая стычка. Следом, мрачный как грозовая туча, вошёл Элерон, а за ним показались Дэи, Брад и Нэйрен.
Мэллоди вскочила. Грохот упавшей за её спиной лавки заставил зал мгновенно замолкнуть. Десятки взглядов скрестились на ней, и это внимание неожиданно вернуло ей решимость.
Перешагнув через препятствие, она стремительно пошла навстречу друзьям. Не давая им опомниться, она левой рукой вцепилась в рукав Элерона, а правой – Каэля, и решительно потянула их к столу. Она вела их, заставляя соприкасаться локтями, и со стороны они действительно походили на двух ошпаренных котов, которые слишком озадачены происходящим, чтобы сопротивляться.
Элерон застыл в полном оцепенении, Каэль лишь возмущённо фыркнул, но подчинился.
Друзья переглянулись в замешательстве и поспешили следом, а Дарэн замыкал шествие, едва сдерживая улыбку.
Когда они подошли к месту, лавку подняли, и Мэллоди усадила обоих ребят, а сама опустилась между ними. Ей не хотелось сейчас ловить их взгляды, хватало их присутствия: обжигающий жар Каэля с одной стороны и холод Элерона – с другой. Её ладони мелко дрожали, и, чтобы скрыть это, Мэллоди с размаху ударила ими по столу. Звук получился таким громким, что столовая снова ахнула.