Иногда он проваливался в сон – и видел Мэллоди. Она шла по выжженному полю, босая, молчаливая. Он пытался дотянуться, окликнуть её – но не мог ни шевельнуться, ни произнести ни слова. Мир был немым, его сны – цепи.
Каждый раз он резко просыпался, хватаясь за край кресла. Бросая тревожный взор на принца – вновь позволял себе прикрыть глаза.
Утро было туманным. Время тянулось вязко, как сырая глина. Дарэн, окончательно измученный, больше не решался даже моргнуть. Как только первые лучи солнца пролились сквозь мутное стекло, он встал и осторожно тронул принца за плечо.
— Каэль... Нам лучше выехать прямо сейчас. Как ты себя чувствуешь?
Принц открыл глаза, моргнул, медленно потянулся. На щеке играл здоровый румянец – Дарэн с облегчением выдохнул.
— Уже утро? — удивился наследник. — Словно только прикрыл глаза – и вот ты уже будишь меня. Благодарю тебя, мой верный друг. Я чувствую себя куда лучше. Он сел на постели, оглядел комнату и заметил усталость на лице юноши.
— А вот тебе бы я посоветовал поспать. И подольше.
— Принц... сжальтесь. Я, по вашей милости, уже пятые сутки не знаю сна, — пробормотал Дарэн, не удержавшись.
Они замолчали.
Несколько долгих секунд просто стояли, прожигая друг друга взглядами. Усталость, раздражение и уважение перемешались в этой тишине.
Неожиданно раздался стук в дверь, и тут же донёсся голос:
— Господа, трапеза готова! И ваши кони уже накормлены, стоят осёдланные!
Они очистили одежды, омылись, собрали вещи и, не теряя времени, спустились к завтраку.
— Господа, — обратилась к ним хозяйка с теплотой, — я тут по вашей вчерашней просьбе узнавала... Как вы и думали, девушка, что вы ищете, и её спутники выехали через северные ворота. Там одна дорога – к Первой Академии.
— Благодарим вас, — с улыбкой склонил голову Дарэн.
Он посмотрел на принца – и не удержал улыбки. В глазах Каэля вспыхнул знакомый огонёк. Надежда. И что-то ещё – глубокое, будто тщательно скрытое.
— Ну что, когда в путь?
— Сейчас. — отозвался Каэль, поднимаясь из-за стола. — Всё готово. Я не желаю больше медлить. И...
Он не успел договорить. Дарэн приподнял руку, прерывая его.
— Кровинка...
Они обернулись к окну. На подоконнике сидела птица с кольцом на лапке. В клюве – свёрнутый свиток.
Каэль впустил птицу, вытащил послание и развернул его:
«Дорогой брат. Благодарю за весточку, хоть и без результата.
Что до твоей просьбы – да, я возвращаюсь на обучение и с радостью встречусь с вами.
Если ты действительно уверен, что Мэллоди там, – весть эта отрадна. До скорой встречи».
Каэль замер, держа свиток.
Некоторое время он просто смотрел на строки, словно в них таилось нечто большее, чем было написано. Затем медленно поднял взгляд.
— Каэль?!.. — мягко позвал Дарэн.
Принц не сразу ответил. Потом, будто сам удивившись собственной мысли, тихо спросил:
— Дарэн... Скажи, почему я больше всего хочу её увидеть, а не найти?
Вопрос прозвучал просто, но в интонации было что-то, что заставило друга растеряться. Он моргнул, а затем вдруг широко улыбнулся:
— Ну так, принц... Она ведь ваша суженая. Вы просто... соскучились. Хотите узреть свою принцессу! — мечтательно протянул он.
Каэль внимательно смотрел на друга. А в глазах – вновь вспыхнули искры. Только теперь не надежды – а чего-то... иного.
Дарэн вдруг осознал, как прозвучали его слова, и попытался замять:
— О, нет! Принц, вы не так поняли!
Он торопливо схватил вещи и поспешил к двери.
— Что ты сказал? — Каэль шагнул за ним. — Мою принцессу?
Он шёл быстро. Лицо напряглось. Но в этот миг он сам вдруг поймал себя на мысли: ревность. Он её почувствовал. Не к другу – нет. А к самой идее, что кто-то другой мог бы...
Принц резко остановился. Гнев ушёл, оставив после себя непонятную тишину. «Что это было?»
Не отвечая ни себе, ни Дарэну, он закрепил вещмешок. Легко взлетев в седло, молча направил коня в сторону Ладала.
Юноша стоял, глядя на него в удивлении, затем поспешил следом.
Дорога вновь тянулась перед ними, но на этот раз – иначе. Каэль молчал, взгляд его был сосредоточен и словно отстранён. Он не гнал лошадь, не вспыхивал раздражением. Принц будто слушал ветер – в себе, вокруг, в памяти.
Дарэн не задавал вопросов. Он знал: сейчас наследник внутри себя, в разговоре, в споре, в поиске ответа, который никто ему не даст.
На второй день пути пошёл дождь. Тёплый и колючий, почти весенний. Лошади шли тише, под копытами хлюпала грязь. Серое небо плыло над головами.