Нуарвэль покачал головой, но смех уже сбивал дыхание. Даже Дарэн, осознав нелепость ситуации, невольно улыбнулся.
Принц вскочил, размахивая руками:
— Вам не понять! Это унижение! Он понесёт меня на виду у всех!..
Но трое уже не могли остановиться. Их смех был лёгким, освобождающим, в нём таяла тяжесть предстоящей разлуки. Так они разрядили мрак прощания.
Обняв принца по очереди, они пожелали ему удачи. Оставшись во дворе, все трое смотрели, как великий дракон Саар’Кхарис опустился рядом и схватив Каэля лапами, взмыл в небо.
Разъярённые возгласы принца не стихали в вышине, пока силуэт дракона не скрылся за облаками.
А Академия, пережив бурю, вновь вернулась к привычному ходу дней.
Дарэна вскоре представили друзьям Мэллоди. Ему было поручено обучать их искусствам защиты и отправиться в города на поиски Цветка Матери.
Услышав название, Дэи вспомнила: часть растения уцелела среди вещей подруги, а остальное когда-то продали травнику. Эта весть стала лучом надежды.
Всё найденное они отправили с кровинкой ректора – та унесла сокровенное быстрее ветра.
Под началом Дарэна друзья день за днём крепли духом и телом, продолжая обучение и живя надеждой на возвращение Богини.
Глава 18. Сердце Гар'Энтаса.
Ксал’Тэрра
Ардел – 6 день.
«Она собирала травы вместе с родителями. Терпкий дух сушёных стеблей и цветов наполнял воздух, густо щекотал ноздри, словно вплетался в само дыхание. Босыми ногами Мэллоди бежала по лугу, её смех звенел чисто, беззаботно, словно детский колокольчик на ветру. Но вечером, ложась на жёсткую постель, она зажмуривалась в тревоге, зная: кошмары вновь вернутся.
Во сне она снова встречала принца – но имени его не могла вспомнить. Сначала он улыбался, держал её за руку, от этой близости становилось тепло. Но вдруг – резко отталкивал. Лицо его искажалось страшной, неузнаваемой гримасой. Вокруг сгущался мрак, становилось невыносимо жарко. Чёрный, горький дым проникал в лёгкие, забивал рот, уши, глаза. Пламя подбиралось всё ближе и ближе. Когда оно касалось её, кожа начинала пузыриться и шипеть, тело горело, крик рвался глухо и никем не был услышан.
Она просыпалась в ужасе. И новый день начинался заново: родители, травы, смех и бег по зелёным лугам. И снова вечер. И снова кошмар. Так повторялось – день за днём...»
Тело Мэллоди неподвижно лежало на Алтаре. Едва уловимое дыхание рвалось сквозь приоткрытые бледные губы. Тонкие золотисто-алые жилы, опутавшие её тело, удерживали жизнь, не позволяя уснуть навсегда.
Тэрра ждала...
Кто-то должен был остановить этот бесконечно мучительный сон.
***
Над равнинами пепла и лавы пронеслась огромная тень. Острый хвост полоснул по скале. Земля вздрогнула, когда дракон распахнул лапы и выпустил из когтей человека.
Каэль перекатился по камням, стиснув зубы от боли, вскочил и сквозь зубы выдохнул проклятие, отряхивая с одежды пепел. Его взгляд был остёр, плечи напряжены – внутри бурлила ярость. Дракон стоял напротив. Когти вонзены в выжженную землю, крылья раскинуты широко, его глаза пылали, из ноздрей клубился дым. Пасть чуть приоткрыта, словно раздумывал, как поступить с добычей.
Принц застыл.
Дыхание сбилось. Перед ним, в выжидающей позе стоял его самый опасный враг. Великий дракон.
— Ха... — из пасти дракона вырвался дым. — Испугался? — он усмехнулся и рыкнул прямо в лицо человеку. — Я голоден. А ты, наследник, ведёшь себя слишком безрассудно.
Он взмахнул крыльями, и порыв ветра сбил Каэля с ног.
— Жди здесь. Я на охоту.
И, взмыв в небо, исчез в облаках.
Каэль остался стоять ошеломлённый. В Академии драконы всегда ходили в человеческом облике. Никогда он не видел их в истинной форме – тем более не думал, что сам окажется в лапах одного из них.
Полёт был невыносим.
Целый день и ночь Саар’Кхарис тащил его, зажав когтями рёбра. Принц не мог пошевелиться. Он то ругался от бессилия, то проваливался в полусон и с ужасом просыпался, замечая, что парит высоко над реками и лесами. Просил дракона спуститься, дать передохнуть – в ответ слышал лишь низкое рычание и чувствовал боль от крепкого сжатия когтей.
— И что теперь? — пробормотал он, глядя на вулканы вокруг. — Он охотится, а я должен здесь умирать с голоду?
Обернувшись, он увидел её. Величественная гора Гар’Энтас вздымалась в небеса. Её ширь была необъятна, вершина скрывалась под дымным покрывалом облаков. Могучая и пугающая красота завораживала и лишала дыхания.
— Когда я ещё увижу подобное?.. — прошептал он, чувствуя тяжесть в груди.
Сев на камень, открыл узелок, переданный Маатом. Внутри лежали: кусок сыра, медовая лепёшка, горсть орехов и бурдюк с водой.