— Да, благодарю вас. — В груди отозвалось знакомое тепло.
— Прошу, садитесь, — пригласил король. — Трапеза уже готова. Только Нарэля, моего младшего сына, сегодня нет – он в Академии. Но я уверен, вы непременно встретитесь.
Мэллоди присела на краешек стула напротив принца, стараясь держаться скромно и тихо.
Сквозь тяжёлые занавеси пробивались утренние лучи, рассыпая блики на золотых ободках посуды.
Стол был накрыт богато, но без показной роскоши. На серебряных подносах лежали ароматная выпечка, фрукты и тёплые лепёшки. Густой чай с корицей и мёдом дымился в керамических чашах.
Королева поставила свою чашу и помедлив, негромко произнесла:
— А расскажи нам, дитя, где твои родители? Живы ли они?
Вопрос ударил в самое сердце. Мэллоди опустила глаза, пальцы дрогнули на скатерти, но, собравшись с духом, она ответила:
— Моих родителей уже нет... — голос дрогнул. — Они были целителями. Матушка всегда мечтала, чтобы я училась, чтобы я знала больше, чем она сама... Потому я и решилась уйти в путь.
Королева протянула руку и накрыла ладонь девушки своей – мягко, по-матерински:
— Значит, ты смелая, — Элиана слегка сжала её руку. — Не каждая решится уйти из дома в одиночку. Твоя матушка гордилась бы тобой.
Каэль медленно откинулся назад, скрестив руки на груди. В его тёмно-янтарных глазах мелькнул солнечный отблеск, пробившийся сквозь занавеси. Он молча наблюдал за Мэллоди, пристально – словно пытаясь понять, кто она и зачем здесь. Имя этой девушки не давало ему покоя, в груди вдруг шевельнулось что-то беспокойное.
Когда трапеза подходила к концу, король отставил чашу:
— Каэль, покажи гостье сад и фонтан. Пусть подышит свежим воздухом. Мы с королевой должны переговорить.
Каэль кивнул, встал и повернулся к Мэллоди:
— Идём?
Она поднялась, склонив голову королю и королеве. В груди забилась тревога – не от страха, а от предчувствия неизбежного.
Покои Совета
Король и королева шли по коридору, ведущему в покои совета. Когда-то здесь была библиотека, полная древних свитков, теперь же это место стало залом решений, куда собиралась лишь королевская семья.
Амарис шёл впереди. Шаги звучали глухо – каменный пол, покрытый ковровыми дорожками, почти поглощал звук. Его лицо было омрачено не гневом, а внутренней тревогой, которую он не мог унять. Остановившись у витражного окна, он сцепил пальцы за спиной и долго вглядывался в витраж – Богиня простирала ладони над землёй, даруя жизнь.
Элиана подошла ближе, останавливаясь рядом. Она видела его сжатые плечи, слышала тяжёлое дыхание – и потому молчала.
— Всё произошло вчера, у Храма. — Голос его звучал глухо, будто придавленный тревогой. — Алтарь... он заговорил со мной. Впервые за долгие годы. Он назвал имя: Мэллоди – и повелел привести её ко двору. Сказал... она суженая Каэля.
— Мэллоди... — повторила королева. Глаза её чуть расширились. — И ты веришь, что это знак?
— Это был не голос человека. Это была сама Тэрра, — король поднял взгляд к сиянию витража. — Я чувствовал, как она говорит через меня. Но... — он запнулся и тяжело вздохнул, — как объявить об этом Каэлю? Ты ведь знаешь его. Он не примет того, что решение приняли без его воли...
— Он упрям, — мягко, но твёрдо сказала Элиана, присаживаясь в кресло. — Слишком похож на деда. Но вспомни... разве мы сами не стояли перед выбором?
Амарис сел рядом, прикрыл глаза рукой, стараясь заглушить собственные мысли.
— Я боюсь не за Каэля, — он говорил почти шёпотом. — А за Мэллоди. Каэль не готов к истине. А если он отвергнет волю Алтаря... — Амарис оборвал себя, не в силах договорить.
Элиана наклонилась к нему и положила ладонь на его руку.
— Тогда скажем всё сразу. Им обоим. Без тайн, без недомолвок. Пусть знают. Пусть сами поймут.
Король поднял на неё глаза. В её взгляде была уверенность, а в прикосновении – сила.
В саду...
Каэль шёл рядом с Мэллоди, храня молчание. Лёгкий ветерок шелестел в листве, птицы щебетали в кронах деревьев, будто сам сад прислушивался к их шагам. Принц держал руки за спиной, а взгляд то и дело скользил к её косе. В солнечном свете пряди переливались – в них вплетались золотые нити.
— Сюда. — Он провёл её по выложенной камнем дорожке, мимо живых изгородей, к фонтану, скрытому в глубине сада.
Девушка остановилась.
Фонтан словно сошёл из легенды: в центре возвышалась изящная фигура крылатой женщины, ладони её были подняты к небу. Вода стекала с её пальцев, словно благословение. У подножия цвели редкие священные цветы небесной палитры. Их лепестки сияли, вобрав в себя солнечный свет, и источали необыкновенный аромат.