Огненные щупальца, пульсируя, подхватили тело и мягко, почти бережно, уложили на камень напротив Богини.
Теперь они оба лежали рядом, опутанные пульсирующими живыми нитями, ожидая решения Тэрры.
— Жди-и... — гулко пророкотали голосы.
Дракон опустился на камни и стал ждать, сгорая от жара и пепла. Он смотрел, как на пальцах принца вспыхивал синий огонь – и снова угасал, раз за разом.
Сколько времени прошло, он не знал. Веки тяжело смыкались, мир таял, и он не заметил, как провалился в глубокий сон, опёршись о стену.
— Спите, мои дети... ш-ш-ш...
Кабинет Саар’Кхариса
Ваар уже трое суток не покидал кабинета отца. Он спал здесь же, принимал пищу. Матушка тревожно посматривала на сына, но верила: суженый скоро вернётся. Её спокойствие не разделял Ваар. Каждый день он нервно выхаживал по кабинету, топча роскошный ворс шкуры красно-бурого медведя, когда-то подаренной отцу. Книги и карты, раскиданные на столе, его мало волновали – важным было только письмо, что принёс помощник отца.
В нём значилось:
«Саар’Кхарис отбыл из Академии с принцем Каэлем. Его путь лежит к священному Алтарю Жизни. Приказ Совета подлежит немедленному исполнению. В конверте прилагаем части цветка, что удалось найти».
Ваару стало ясно одно: отец уже давно должен был вернуться. Но молчание затянулось. Неужели и он ушёл к горе? Почему драконы должны помогать этим глупым людишкам? Они нарушают законы – а мы должны спасать их.
Он долго не рассуждал – это было не в его характере. Схватив письмо, мешочек с травой и отцовский плащ с кресла, Ваар стремительно вышел. Все, кто попадался на пути, не добились от него ни слова: в его глазах бушевал огонь ярости и решимости. На площадке для полётов он принял облик дракона, встряхнул крылья, расправляя их после долгого напряжения, и мощным взмахом поднялся в небо. Его путь был ясен – туда, к подножию великой горы, где когда-то он уже забирал измождённого отца.
Голос Тэрры
Каэль резко распахнул глаза. Сознание возвращалось медленно. Перед взором проступили стены пещеры. Попытался пошевелить рукой – но тело словно сковали невидимой цепью. Кости ломило, внутри всё пекло. Он дёрнулся, желая подняться, но смог лишь слегка приподнять голову.
— Агх... — Через боль он снова рванулся, пытаясь освободить себя, но безуспешно.
От его стонов и шороха очнулся дракон.
Несколько мгновений Саар’Кхарис пытался понять, где находится. Проморгавшись, он увидел юношу на камне у Алтаря – там же, где всё ещё спала Богиня. Дракон резко сел.
— Каэль! — крикнул он, но голос сорвался на сиплый хрип.
Попытался встать, но пошатнулся. Тело было ослабленным, словно оно долгие дни не двигалось и не питалось.
— Сколько я проспал? — хрипло пробормотал он, схватившись за голову. Череп гудел, горло саднило от жгучей жажды. С трудом разминая затёкшие мышцы, он сделал несколько шагов. Ноги сводило, каждый шаг давался мучительно тяжело. Ему удалось почти добраться до камня, когда исполины очнулись от дремоты.
С треском они расправили крылья, преграждая ему путь.
— Ни шагу... — разнеслось эхом. Трое статуй устремили горящие глаза на владыку.
— Он не прошёл путь очищения... — прогремело сразу в нескольких голосах.
Они повернули головы к принцу. Наследник застыл, побледнев.
— Что происходит?.. Кто вы такие?.. — каждое слово давалось с усилием, словно вырывалось из груди вместе с болью. Он дёрнулся, пытаясь высвободиться, призвал огонь – но ничего не произошло.
— Не борись со мной... ш-ш-ш... — зашипела Тэрра тихим голосом, словно убаюкивала своих гостей. — Твой огонь... ш-ш-ш... мой огонь... ш-ш-ш...
Голос Тэрры прокатился по сводам пещеры, оставляя после себя тишину, непривычную для этого места.
Каэль замер.
На лбу выступил холодный пот. Он сглотнул вязкую слюну и, не смея пошевелиться, стал ждать. Медленно поворачивая голову, стараясь разглядеть всё вокруг: драконьи статуи, раскалённую магму, чёрный дым и гарь вулкана. А рядом, всего на расстоянии вытянутой руки, лежала Мэллоди. Она была окутана пульсирующими нитями, словно живыми жгутами. Её грудь медленно поднималась и опускалась, но кожа оставалась мертвенно-бледной. Его тело тоже держали нити, по венам струилась странная сила, бросая то в жар, то в холод.
— Не сопротивляйся, дитя... ш-ш-ш... Ты не услышал меня... ш-ш-ш... Ты очернил мой огонь... ш-ш-ш...
Юноша слушал, не дыша.
— Кто ты?
На миг повисла тишина, лишь треск лавы отдавался под сводами. Затем воздух содрогнулся – сама пещера ожила.