— Она всё ещё не просыпалась, — торопливо добавил принц и, покраснев, почти бегом покинул покои.
Когда дверь за ним закрылась, Мэллоди открыла глаза и облегчённо выдохнула.
Саар’Кхарис с лёгкой улыбкой наблюдал за ней. «Как же они молоды. Уже благословлены, но всё ещё словно чужие: не знают ни себя рядом друг с другом, ни того, как быть супругами перед лицом великой судьбы».
Он подошёл ближе, бесшумно, и присел на её ложе. Постель под его тяжёлой фигурой чуть прогнулась.
— Вы проснулись, Богиня, — мягко произнёс он и улыбнулся, заметив смущение на её лице.
Она узнала его. В груди дрогнуло странное, но ясное чувство – ему можно довериться.
— Я...
— Да, — кивнул он, улыбнувшись чуть теплее. — Вы не помните. И не доверяете. Это естественно.
Она слегка склонила голову в знак согласия.
— Прошу... скажите, где я и почему здесь?
— Ах, это, — владыка чуть откинулся назад, подбирая слова. — Начнём с главного. Моё имя – Саар’Кхарис. Я – король драконов. А это – Ксал’Тэрра. Вы в моём замке.
Он легко повёл рукой в сторону окна, охватывая взглядом всю светлеющую комнату, и хотел было продолжить, но осёкся. Её лицо резко побледнело. В его глазах мелькнуло беспокойство; он вскочил, чтобы налить воды, и поспешно поднёс чашу к её губам, бережно придерживая девушку за плечи.
Мэллоди сделала несколько глотков. Голос её, всё ещё хриплый, обрёл силу:
— Я... я на территории драконов?..
Саар’Кхарис застыл, глядя в неё – не веря, что эти слова вырвались с её уст. Потом медленно опустился обратно.
— Да.
Она глубоко вдохнула, прокашлялась, и тихо, почти себе, сказала:
— Я среди древних... самой древней расы...
Слова прозвучали, как отголосок чьей-то памяти. Когда она осознала их смысл, глаза её широко раскрылись. Она приложила ладонь к губам и в смятении склонила голову в поклоне.
— Ох... простите...
— Дитя, — Саар’Кхарис взял её руку своей ладонью. — Не тревожьтесь. Ваш отклик естественен. Это мы должны склонить головы перед вами. Мы не уберегли вас... — С этими слова он медленно, почтительно склонился.
Мэллоди на миг растерялась.
— Как... вы... что вы... — она замахала руками, смущённо отстраняясь. — Я... боюсь, я мало что знаю и помню.
Саар’Кхарис тяжело вздохнул.
— Понимаю. Тогда позвольте рассказать вам важное. — Он опустил взгляд, вновь переживая то, что уже было прожито. — Более месяца назад меня вызвал ректор Академии, Маат. Мой долг был – спасти Богиню. Я отнёс вас к древнему Алтарю и там вы пребывали всё это время – в глубоком сне.
Его голос дрогнул.
— Юноша, которого вы видели... — он запнулся, едва заметно дёрнув щекой. — Это...
— Это принц Каэль. Я запомнила.
— Именно.
— Но почему я не помню, как вы несли меня к Алтарю? — Она нахмурила брови. — И... как я оказалась там, в горе?
Саар’Кхарис опустил глаза.
— Ты была без сознания. Твой огонь... — он замолчал, подбирая слова.
— Мой огонь? — Мэллоди удивлённо посмотрела на него. — Но у меня нет магии. Откуда он у меня?
Владыка мягко погладил девушку по руке, успокаивая.
— Не мучь себя, Богиня, — произнёс он тихо. — Всё придёт. И воспоминания, и понимание. Сейчас вам нужно лишь время. Пусть сердце ваше отдыхает.
Он говорил спокойно, но глаза его выдавали тревогу – за неё, за память, за то, что ещё скрыто впереди. На миг Саар’Кхарис умолк, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя. Когда вновь заговорил, голос его стал глубже, чем прежде:
— Богиня... теперь в вас горит сила. Она – часть вашего естества. Но пока вы не умеете его направлять, он будет стремиться вырваться и завладеть вашим телом. Именно это и случилось тогда. Поэтому вы пострадали.
Мэллоди напряглась, пальцы её невольно сжались.
— Почему вы так называете меня? И... у меня никогда не было магии... Откуда?
Саар’Кхарис мягко покачал головой.
— Не терзайте себя вопросами, дитя. Всё придёт со временем. Главное – вы должны научиться владеть стихией. Иначе она вновь обернётся против вас. — Он чуть наклонился вперёд, словно делился тайной, доверяя её только ей. — Старейшина может помочь вернуть память. Но это опасный путь. Без контроля над огнём воспоминания способны обжечь сильнее, чем само пламя. Потому прошу – позвольте всему идти своим чередом.
Она слушала, широко раскрыв глаза, словно боялась упустить хоть одно слово.
— Я... постараюсь, — выдохнула она. — Но я не смогу одна...