Она резко поднялась, пошатнулась, но выпрямила спину. С холодной решимостью обошла Каэля, не сводя с него напряжённого взгляда, и лишь потом обернулась к тем, кто сидел за столом в ожидании.
Её глаза встретились с Саар’Кхарисом – огромным, величественным. Мэллоди вспомнила, почему здесь, и, сдержав волнение, склонила голову в поклоне.
Владыка и его суженая в изумлении поднялись и ответили тем же – низко, с почтением.
— Благодарю за гостеприимство, владыка, — её голос дрогнул, но прозвучал твёрдо. — Всё здесь необычно... немного сурово, и всё же – тепло и уютно.
Она улыбнулась.
Один из слуг торопливо подвинул стул, и девушка села.
Гнев Ваара
Выбежав в коридор, Ваар был вне себя от гнева. Каменные стены дышали теплом, но ему казалось – вокруг лишь холод.
Он опёрся ладонями о стену и жадно втянул воздух. Пламя всё ещё гудело в жилах, отзываясь на жар Мэллоди, сводя с ума. Он закрыл глаза. «Почему не я? Моя кровь, моя сила, мой огонь откликнулись ей. Я чувствую это так же ясно, как вдох. Но всё принадлежит ему... смертному».
Кулаки ударили в камень. Стена дрогнула, треснула, но боли не было – только пустота, злость и глухой гул в груди. «Я не позволю этому повториться... Он не достоин».
Юноша медленно выпрямился, провёл рукой по лицу. Взгляд стал холодным, как выстывшая лава. Сердце билось тяжело, словно сдерживая крик, не оглядываясь, Ваар пошёл прочь по коридору, где пламя факелов дрожало и тускло гасло при его приближении – будто сам воздух боялся его гнева.
Успокоившись, он твёрдо решил поступить по-своему. Главное – чтобы встречи с ней были случайностью и неведомы отцу.
Глава 22. Друг?!
Эврон – 13 день.
Обеденный зал замка драконов был погружён в тишину. Она сгущалась, словно затаив дыхание. Мэллоди, ещё миг назад без сознания, теперь стояла твёрдо, выпрямив спину. Сев за стол, она не подала виду – сидела спокойно, будто время и пространство вокруг перестали для неё существовать.
Её резкий переход от слабости к сосредоточенной твёрдости поразил многих. Даже Каэль, всё ещё сбитый с толку, медленно опустился на своё место, то и дело бросая на неё взгляды, полные смятения и непонимания.
Окинув всех холодным, внимательным взглядом, Саар’Кхарис глубоко вздохнул – знак. Двери с тяжёлым звуком распахнулись. Слуги внесли блюда.
На массивный стол из застывшей лавы водрузили подносы из чёрного камня. Пища земель драконов поражала и изобилием, и красотой: жаренное мясо, благоухающее вулканическими травами; рыба с серебристой чешуёй, усыпанная рубиновыми ягодами; лепёшки, пахнущие дымом и жаром; кубки с тягучим напитком цвета расплавленного янтаря и фрукты с мерцающей сердцевиной.
Запахи дыма, специй и горячего теста наполнили зал, сплетаясь в густой аромат, от которого кружилась голова и теплом отзывалось в груди.
Слуга склонился к Мэллоди, наполняя её кубок.
Она сидела прямо, сдержанно, будто боялась сделать лишнее движение. Почти не глядя в сторону Каэля, брала еду осторожно – не зная, можно ли доверять этим вкусам – и делала вид, что сосредоточена лишь на трапезе.
Каэль это чувствовал. Его пальцы то и дело касались кубка, но он не пил. Челюсть напряжённо сжималась. С каждым её взглядом в сторону становилось очевидно – она намеренно отстраняется.
Саар’Кхарис и королева наблюдали молча. Владыка сохранял невозмутимость, но королева решила снять напряжение. Она мягко склонилась к Мэллоди и впервые обратилась к ней:
— Ты очень смела, дитя, — её голос был мягок и глубок, словно журчание подземного источника. — Не каждый способен с такой стойкостью встретить неизведанное. Для нас честь – видеть тебя здесь.
Мэллоди смутилась, но подняла глаза.
— Благодарю, — произнесла она негромко. — Всё это... слишком ново для меня. Но я стараюсь не быть обузой.
Королева улыбнулась уголками губ, в её взгляде зажглось мягкое тепло.
— Ты не обуза, Мэллоди, — ответила она ласково. — Здесь не ждут послушания. Мы лишь хотим, чтобы ты обрела покой... и почувствовала себя в безопасности.
Она положила ладонь на край стола, чуть повернувшись к ней, словно между ними уже возникла нить доверия:
— Мне приятно видеть, что платье тебе идёт. Я сама выбирала ткань. Она лёгкая, но хранит тепло.
Мэллоди улыбнулась едва заметно, поправив прядь за ухо.
— Оно действительно прекрасно. Спасибо вам.
— Тогда я рада. Надеюсь, и покои не показались тебе слишком чужими. Мне хотелось, чтобы там тебе было светло и уютно.
— Нет. — тихо ответила Мэллоди. — Там... уютно.
— Хорошо. Когда закончим трапезу, я хотела бы пройтись с тобой. Показать террасы замка. Там по утрам особенно красиво: воздух прохладен, но камни всё ещё хранят ночное тепло. Думаю, тебе будет приятно увидеть это место своими глазами.