- Для Швеции или Смоленска?
- Скорее, для Республики и тебя лично, - ответил особист, продолжая внимательно изучать собеседника.
Данила не стал требовать разъяснений. Поразмыслив пару минут над словами сотника, он продолжил разговор:
- Ты считаешь, что следующим стану я?
- Конечно. Посуди сам: барон имел огромный боевой опыт и вдобавок систему личной охраны, преодолеть которую было практически невозможно. Карл подсылает к нему спеца, чтобы устранить последствия в будущем, а заодно проверить, насколько наемник удачлив. Следующий шаг напрашивается сам, ведь ненавидит король тебя, а не Альбрехта. Из-за тебя он вынужден устранять полезного ему человека. Опять же, обещание праведной мести вероломному врагу…
- Как бы не хотелось признавать, но, похоже, ты прав, и новость для меня действительно скорбная. Одно токмо непонятно - откуда ты все это знаешь?
Еремеев не верил, что особый отряд столь широко раскинул свою сеть по всему миру. Коллеги Творимира даже у себя в стране не обо всем ведали, в чем молодой боярин убедился еще в первые дни своего пребывания в Смоленске.
Гость ответил не сразу:
- У нас есть источники, о коих я даже тебе сказать не могу. Понимать должен - чем меньше людей о том знает, тем надежнее работает система.
Особист не хотел рассказывать, что сведения пришли из Вязьмы от Далемира Черкасского, возглавлявшего тайный приказ Московии и до недавнего времени являвшегося начальником Зарины, которая отошла от дел сразу после замужества.
Разведка Московии давно следила за королем Швеции как самым опасным противником. Естественно, и барон Альбрехт даже после отставки не оставался без пристального внимания. А поскольку Черкасский продолжал заботиться о своей воспитаннице, он и передал весточку коллегам из Республики.
- Об убийце что-нибудь известно? – спросил Александр, пытаясь вытащить из собеседника максимум информации.
- Увы, порадовать нечем, - вздохнул Творимир. – Тип загадочный. Ни описаний, ни картинок. Только слухи о его способности преображаться. Говорят, может менять голос, манеру речи, походку, имитировать любые ужимки и привычки...
- Хочешь сказать, сейчас он может запросто сидеть на твоем месте и разговаривать со мной?
- Думаю, без особого труда, - кивнул Творимир.
- И как выяснить?
- Полагаю, ежели бы убийца подобрался столь близко, ты уже был бы мертв. А вообще… Надо бы взять того, в ком сомневаешься, на прицел, и спросить, чего враг знать не может.
- Например, где состоялась наша первая встреча? – задал вопрос Данила.
- Точно. Ответ «в карете» тебя устроит?
- Вполне. Да уж, не было печали. Придется усиливать систему безопасности. А другая какая новость, помимо скорбной? – вспомнил начало разговора Еремеев.
- Другая…, - протяжно вымолвил особист. – Может, чаем угостишь? А то во рту пересохло тебя сведениями задарма снабжать.
- Денег у меня нет, предупреждаю сразу. И взять неоткуда. А чай сейчас принесут.
Чаевничали они молча. Еремеев «переваривал» услышанное и прикидывал в уме, что следует предпринять в ближайшее время.
«Ларион будто знал - вовремя проверку устроил. Теперь Жучке надо будет постоянно крутиться рядом с Зариной. Да, враг мне никогда покоя не давал и в будущем не даст».
- Вторая весть связана с первой, - наконец, продолжил Творимир. - Имение барона после его смерти чуть не по кирпичикам разобрали, но явно не нашли того, что искали.
- Альбрехт все-таки подстраховался и утаил от короля важные бумаги? – предположил боярин Данила.
- Думаю, так и есть. Мало того, я даже догадываюсь, к кому эти бумаги доставят.
- И к кому? – машинально спросил Еремеев, а в следующий миг его голову посетила догадка. – Думаешь, барон отправит их мне?
Творимир ответил не сразу:
- А кто еще способен больно уколоть Карла Пятнадцатого? Наверняка Альбрехт предупредил монарха, что надежно подстраховался от несчастного случая. Но даже королю не придет в голову, что его наставник способен на подобный шаг.
Творимиру эту мысль подкинул Черкасский. И он же попросил, если так все и окажется, отплатить услугой за услугу.
- Почему ты решил, что это буду именно я?