16. Медведь.
16. Медведь.
В начале нашего пути я не могла ничего разглядеть из окон машины. Хоть уже давно начало светать, но двигались мы слишком быстро, и деревья снаружи сливались в одну смазанную картинку. А через пару часов Виктор сбавил скорость и, предложив Денису и Мирону прогуляться, выпустил их из вездехода. А сам поставил управление машиной, как он сказал, на автоматический режим, и пересел на соседнее со мной сиденье. И положив руку мне на плечо, предложил немного поспать.
- Как спать? Мы же едем! - Возмутилась я.
- Машина может ехать и со спящими пассажирами, - зевая, ответил альтер.
- А Денис и Мирон? - Забеспокоилась я о подростках. - Что они сделают, если на них нападут дикие звери?
Братья-близнецы плелись уже далеко позади машины. И я стала серьезно опасаться, что они потеряются. А так как впереди уже виднелся новый участок земли, густо покрытый деревьями, то нападения зверей становились вполне реальными.
- Денис альтер, он сможет и отбиться, и убежать, если захочет. А Мирон мне надоел, если Денис не станет его спасать, нам всем станет только легче, - устраиваясь удобнее и закрывая глаза проговорил Виктор и он почти мгновенно задышал ровно и тихо.
Я понимала, что он мог устать: ночь у нас была бессонной из-за Дениса, и в мы собрались очень рано.
Я не понимала, как можно просто уснуть, когда сидишь в машине, которой никто не управляет. А ещё пугали слова альтера о Мироне. Неужели Виктор серьезно будет рад, если его родной племянник погибнет? У нас на хуторе к детям было более бережное отношение. Расслабиться у меня не получалось. А когда мы въехали в лес, мне стали везде мерещиться крадущиеся за нашей машиной волки и медведи.
А Виктор продолжал крепко спать, будто сейчас находился за крепкой дверью надежного дома, а его родные племянники не бегают без присмотра взрослого по округе, кишащей опасными животными.
Наконец, машина сама тихо остановилась на поляне. Мы находились на открытом не защищенном деревьями участке. Наверно, мне не стоило ничего бояться, но мне было страшно.
- Виктор, просыпайся. - Наклонившись к уху альтера, проговорила я шепотом. И невольно залюбовалась его длинными ресницами. Сколько раз смотрела ему в глаза, но так и не смогла разобрать какого цвета глаза у моего альтера. Иногда они казались синиси или зелеными, а как только он надел серый китель и глаза его стали серыми. Мне казалось, что все дело в его длинных густых ресницах. Не таких, как у меня, конечно, мои глаза тоже все считали красивыми и выразительными. Но и у Виктора глаза были красивыми. И выразительными.
Замечтавшись, я на время забыла о своем страхе, но потом снова попробовала разбудить альтера. А он никак на мои слова не отреагировал.
Я похлопала его по груди, только спящий альтер повернул лицо в другую сторону, так и не открыв глаза.
Будить мужчин - это самое большое наказание, которое только можно было для меня придумать. Меня всегда по утрам посылали поднимать с кроватей братьев, и разбудить их было сложнее, чем прополоть грядку с баклажанами. Смирившись с тем, что мне придется ждать, пока альтер проснется сам, я стала высматривать из машины подростков. Не могли же они потеряться?
Но увидела я не Мирона или Дениса, а медведя. Настоящего. Живого. Огромного и страшного. Он сидел под одним из деревьев и, кажется, недовольно смотрел прямо в мою душу. Как будто видел меня насквозь и понимал, что я не только очень слабое и трусливое создание, но и довольно вкусное, хоть и небольшое. Как будто он планировал мной перекусить, а потом найти кусок мяса больше и питательнее, чем я.
- Виктор, - начала я теребить спящего альтера. – Просыпайся! Нас сейчас съедят! – Истеричные нотки удержать я уже была не способна.
А человек, который обещал обо мне заботиться, никак не реагировал на мои слова, и даже довольно болезненные щепки, на которые я перешла, чтобы его разбудить. Потом, когда медведь медленно поднялся на четвереньки и двинулся в нашу сторону, я уже не понимая точно, что делая, стала дергать Виктора за волосы, нос, щеки, бить его кулаком по груди, но только когда я замахнулась, чтобы влепить ему пощечину, он открыл оба глаза и возмущенно посмотрел на меня.
- Милава, на вашем хуторе книг со сказками вообще не было? - Спросил он меня, приподняв бровь.
Озадаченная таким вопросом, я сказала, что книжек со сказками у деда было много.
- Что ж ты их не читала? - Задал он следующий вопрос. – Девочки должны любить сказки.
А мне сейчас не о книгах говорить хотелось. Мне вообще не хотелось говорить. Медведь стоял уже самой машины и терся об нее.