Порой Тени не верилось, что эта миловидная улыбчивая девушка со звонким голоском способна кого-то убить с такой жесткостью, пусть даже не собственными руками. Нет, убийства руками статуй, в которые она вдыхала жизнь, – проявление милосердия с ее стороны. Тень неоднократно видел, во что она превращала преступников. Точнее, что она от них оставляла. И всякий раз надеялся, что этот последний.
Самый страшный случай был летом 1855 года на Юге. Еще пару лет после эти картины оживали у него перед глазами.
– Неужели ты хочешь, чтобы я занималась чисткой города сама? – спросила она безмятежным тоном, никак не вязавшимся со смыслом слов.
– Я хочу, чтобы тебе больше никогда не пришлось пачкать руки, Айрис, – прошептал он заботливо, опускаясь перед ней на колени. – Ведь каждое такое убийство…
«Разрушает тебя».
– Ведь…
«Я давно не узнаю тебя. А может, бессмысленно было надеяться, что ты могла остаться в своем уме после всего, что пережила».
– Все, перестань драматизировать! – Она вскочила с места так резко, что едва не заехала ему в лицо коленом. Хорошенько потянувшись, издала удовлетворенный писк и уперла руки в боки. – Как думаешь, скоро к нам из ЦРУ с жалобой заявятся?
– Удивлен, что еще не пришли, – Тень выдавил из себя слабую улыбку.
– Ставлю половинку недоеденного торта на то, что придут к вечеру!
– Зная Марту, к нам должны пожаловать через час-другой, если не раньше. – Он плюхнулся на диванчик у входа, закинул руки на спинку и поднял голову, уставившись в потолок. – Если честно, я уже не знаю, как оправдываться. Все возможные комбинации и варианты «простите» и «больше такого не повторится» я исчерпал.
– А может, на фиг их послать? – Айрис плюхнулась с ним рядом, усевшись в позе лотоса. Зайка запрыгнул ей на плечо.
– Не думаю, что это выход.
– Ну а что они нам сделают? Сами в нас нуждаются.
– Я почти уверен, что если в ком-то из нас увидят угрозу, то попытаются как минимум отстранить от дел.
– А как максимум?
Он мог и промолчать – ответ был слишком очевиден. С ними поступят не лучше, чем Айрис поступает с «угрозами» на улице.
Телефон в кармане завибрировал от звонка.
– Слушаю.
– Пришла Марта Пристли, – сообщила секретарь. – Требует вас обоих. Ждет в кабинете директора.
– Мы сейчас подойдем, – Тень едва сдержал улыбку от вида надувшихся щек подруги.
– Блин! – воскликнула Айрис. – Мой торт!
– Оставь себе. Если бы я забирал у тебя что-то каждый раз, когда ты проигрываешь в споре, ты бы осталась ни с чем.
– Ну спасибо тебе за щедрость, – съязвила Айрис.
– Есть еще кое-что, – послышалось на другом конце телефона. – Это от вашего отца.
Сердце Тени сжалось в комок от одного упоминания.
– И что же это?
– Из главного архива Темного измерения украдены засекреченные файлы.
– Что? – Тень оттолкнулся от спинки дивана. – Когда?
– Сегодня утром. Ваш отец просил передавать ему любую информацию об этом.
– Откуда я могу ее взять?
– Он полагает, что это сделал кто-то с Земли.
– Попасть в Темное измерение людям с Земли практически невозможно, если только не при помощи космической жидкости, но Самния вряд ли раздает ее направо и налево.
– Быть может, кто-то воссоздал ее? В любом случае вам лучше уточнить у нее. Но это позже. Пока вы нужны Марте.
Звонок сбросили. Еще несколько секунд потребовалось Тени, чтобы все осознать.
– Зачем кому-то эти старые бумажки? – недоумевала Айрис. – Боже, Темное измерение. Сколько лет прошло с тех пор, как мы оттуда сбежали? Триста? Три тысячи?
– Смотря по каким меркам. – Тень покачал головой и упер локти в колени, печально улыбнулся. – В каком же ты отчаянии, если нуждаешься во мне, отец?
Глава 3
Ветки хлестали ее по рукам и ногам, гудевшим от боли. Сердце отчаянно билось о грудную клетку, словно вот-вот выпрыгнет. Она видела перед собой лишь грязно-голубые очертания деревьев, не знала, куда бежит, но точно понимала, что нельзя останавливаться. Позади мелькал свет фонариков. Ей что-то кричали вслед, но в голове шумело так, что не получалось расслышать ни слова. Пару раз она едва не поскользнулась на гниющих осенних листьях и мокрых корнях.
Чувствуя, что вот-вот упадет без сил, она спряталась за деревом и попыталась перевести дыхание. Если ее и найдут, то только из-за того, как громко она дышит. Хотелось лечь на землю, но она знала, что если хотя бы согнет колени, то уже не заставит себя двигаться дальше.
– Иван! – Впервые за эти сумасшедшие минуты она услышала что-то различимое. – Не бойся меня! Я тебя не обижу, ведь ты…