8
Женя сидел в своей комнате в полном одиночестве. Он не думал – в его голове сейчас не было места простым мыслям. Всплывали только некие образы, а иногда и вовсе наступала тихая пустота. Его глаза опустились под тяжестью усталости и глухо упирались в пол. Руки не находили себе место, на каждой надулись зеленовато-синие, столь приметные для чужих глаз вены.
Женя беспокоился. Перед каждым боем он всегда уделял немного времени на полное расслабление. В свои 24 ему хватало пять минут медитации, чтобы выбросить из головы все лишнее. Абсолютно все ненужное. Но шла уже пятнадцатая минута, а челюсть то и дело сжималась в слабом напряжении.
9
-Ребята, прошу тишины, – медленно встав со стула, сказал Данил.
Тишина мертвым грузом висела в столовой задолго до его просьбы, но шепот мыслей в голове поэта разыгрался не на шутку. Он продолжил:
–Я согласен, говорить об этом совсем не хочется, но… мы рискуем надолго здесь задержаться. Да, еще вчера это звучало довольно веселой шуткой, но сегодня перед нами совсем другая картина.
Веронику передернуло от слова картина.
–Итак, глупо развозить все это на палитре… – заметив реакцию Веры, Данил осекся и продолжил, – буду краток: сегодня нашим авто спустили колеса. Еще вчера мы поняли, что по лесу рыщут опасные хищники, а пропажа Льва, думаю, в комментариях и вовсе не нуждается. Вопросов хоть отбавляй, а ответов пока нет.
–Лев пропал, это конечно факт, но ведь есть вероятность, что он вернется…– взволнованно предположил Герман.
–Ты серьезно? – Вмешался в разговор Никита. – И когда же он вернется, по-твоему? И где он находится сейчас?
–Я ведь просто, предположил. Иногда стоит мыслить позитивно. Кто вообще видел его сегодня?
И тут Герман, вспомнив не самое доброе утро, повернул голову в сторону Кости. Все быстро последовали его примеру.
–Что? В последний раз я видел Льва вчера вечером, когда столкнулся с ним внизу. Он выходил из своей комнаты.
–Погоди, как вечером?! Ты сегодня утром мне говорил, что видел его перед завтраком!
–Про вчерашний вечер я тебе и говорил. А, ты про сегодня спрашивал?.. – все продолжали глухо и беззвучно смотреть на Костю. – Я, я, не услышал. Просто.
На помощь другу пришел Никита:
–Да ладно вам, будто Костю совсем не знаете! Ему в одно ухо скажешь, а из другого сразу же вылетает. Задумался человек, с кем не бывает.
Когда Костя перестал быть объектом пристального внимания, он едва заметно кивнул Никите.
–Кстати, а разве Лев не может быть затейником всего этого? А исчез он лишь для того, чтобы заняться своими делами. Правда, какими именно…
–Чем-то похоже на правду. Да и пригласил всех нас сюда, как вы помните, именно Лев. – Поддакнул Костя.
Нет. – Уверенно ответил Женя. – Этого не может быть.
–Хорошо, допустим. Давайте перейдем к машинам, или вообще, любым другим идеям по этому поводу. Шины полностью проколоты, ключей нет, связь отсутствует, пешими пройти не получится, – Данил хотел было продолжить, но получилось только почесать затылок.
–Мне помнится, что скоро должен приехать хозяин дома, – сказала Вера. – Лев говорил нечто подобное. Я думаю, стоит спросить об этом у Насти. Она точно должна помнить. Но только не сейчас. Оставьте ее в покое, хотя бы до вечера…
В данный момент обедом “наслаждались” лишь семь человек. Настя после трех часов бесполезных поисков закрылась в своей комнате и тихо плакала. На приглашение поесть она ничего не ответила, как впрочем, и на просьбы друзей открыть дверь для разговора.
–Хм, ждать какого-то странного дядю невесть сколько времени в опасном доме? Неплохая идея.
–А у тебя есть лучше? Если да, то мы тебя внимательно слушаем, – твердо ответила Никите Вероника.
После сказанного, их глаза встретились. Никита пристально взглянул в безбрежное лицо девушки, но сама Вера, в свою очередь, немедленно отвела взгляд, будто чего-то испугавшись.
Наступила всеми любимая, волнительная пауза: ни один из сидящих за столом людей не мог найти подходящего слова. Зато у многих получилось погрузиться в омут своего собственного монолога.
“Сука, за что мне все это… Ладно, держись. Просто держи себя в руках, а как разбираться со всем этим – придумаем. Но Лев исчез, а писать туда что-то нужно… А если все это сбудется, сбудется как кошмарный сон?! Нет, все это глупости. И все же… что же туда писать???”
“Куда же он делся, куда он мог деться? Какой кошмар, какой ужас, зачем я написал его имя вчера… Что за бес все это придумал, кто все это воплощает?! Неужели это только начало…”