–Я говорю, не стоит. Не вмешивайся. Мы и так уже все звери, так еще и личные расправы учинять. Мы не выживем, если не будем достойны продолжать жизнь. А с таким подходом достойны мы, увы, не будем…
–Я подумаю.
–Данил. Не подумаешь. А сделаешь так. Так, как я говорю.
Впервые за встречу, они встретились глазами. Оба смотрелись, словно в зеркало – их взгляды были так похожи и выражали почти одно и то же. И все-таки оставалось различие: мысли и чувства, которые остались в приоритете у каждого из них. Именно этим они кардинально отличались.
Данил кивнул, или наоборот, покачал головой. Совсем непонятное движение.
–Выживет только один, как я помню… Что будем делать дальше, когда останемся вдвоем?
Никита также покачал головой.
–Не буду врать: я не знаю. Все будет зависеть от тебя. Записка и пистолет дадут тебе слишком много, если не наделаешь глупостей.
–Тогда почему ты так спокоен? И почему так безразличен к этому?!
–И здесь я тоже не знаю. Знаю лишь одно – я тоже дурак. И идиот. Но не убийца. Разве что человек, помогающий восторжествовать справедливости. Наверно. И еще одно. Вчерашняя записка пришла Насте?
–Да. Она написала свое имя.
–Хорошо. Да покоится она с миром.
–Аминь.
Никита с каплей удивления уставился на Даню. Но совсем скоро приятно улыбнулся и громко вздохнул.
–Я не хочу здесь надолго задерживаться, ты уж не обижайся. Постарайся не встречаться с Женей. И удачи. Может, свидимся еще.
–Свидимся, не сомневайся. И вместе вылезем из этой гребанной дыры.
–Обязательно.
Походка тени с надетым капюшоном – и Никита исчез из комнаты. Данил же улегся на стол, додумывая строчки своего самого откровенного стихотворения и выцарапывая их огарком фитиля по качественной древесине.
2
Очередной адский день подходил к концу. Хотя, на этот раз все оказалось как никогда спокойно. Но ведь скоро придет ночь. А в такое время всякое можно ожидать.
Никита стоял у двери к той самой разгадке. Настя должна была стоять на этом же месте прошлой ночью.
В памяти парня промелькнула последняя встреча с Настей:
Никита протянул обещанную к возврату иконку Насте.
–…там ты найдешь это место. Но будь очень осторожен, он может оказаться в своем логове. – Настя говорила шепотом на ухо своему знакомому. – Я сломала монитор, но он мог наладить доступ. Камеры стоят повсюду, они есть почти в каждой комнате, поэтому скрыться от него в доме невозможно. На тумбочке я видела много патронов, может, найдешь и оружие. Оно лишним не будет. Может, найдешь еще что-то. Я нашла дневник. Это ты его взял?
–Я.
–Хорошо. Мне все равно некогда его читать. Да и нет сил. Будь осторожнее и иди ближе к вечеру. Часов в 8-9 его не должно быть там. Я верю в вас. Все будет хорошо.
–Настя, еще вопрос… Записка у тебя?
–Да. Что я написала, оставлю в секрете, если ты не против. Это не так важно.
Никита опечаленно кивнул. Он и так понимал, что там написано.
–Все будет хорошо.
Настя выдавила искреннюю улыбку. Она молилась об исполнении этих слов. Жаль только, что просто слабо в них верила.
Маленькая деревянная дверца с кусочками мха. Слабые лучи света просачивались сквозь отверстия. Все так, как и описывала Настя.
Никита не стал ждать. Взяв в ладонь увесистый камень, он резким ударом вломился в землянку, после чего всмотрелся в темноту.
Никого.
Почувствовав заметное облегчение, Никита запер дверь. И только после этого понял, что не досмотрел – на постели лежал человек…
Ошарашенный своей невнимательностью парень уже хотел бросить свое единственное оружие в противника, как в последний момент остановился. Пары шагов хватило, чтобы подойти вплотную, а мгновения оказалось достаточно, чтобы узнать спящего.
На кровати лежал Костя.
Никита не мог в это поверить. Неужели Костя – тот, кто устроил это все?
Но состояние бедного паренька сразу бросалось в глаза: бледная кожа, еле слышимое дыхание и те же полумертвые глаза. Нет, он все еще в коме. Видимо, его просто сюда кто-то перенес. Но зачем?
Костя был укрыт одеялом, а на ближайшей тумбочке лежали лекарства и шприцы. Убивать его явно пока не собирались. Все скорее говорит об обратном – о нем заботятся.
Никита вспомнил о времени. Надолго задерживаться в логове не стоит. Костя жив – и это уже хорошо. Значит, их все еще четверо.
Патроны обрамляли тумбочку. Первая, вторая, третья полка… Ничего стоящего. В других углах и шкафчиках Никита обнаружил гору шмотья и пару ножей.
На столе стоял небольшой ноутбук. Черно белые изображения мелькали на экране. Да, это они. Камеры.