Даже после этого он не закричал, просто корчился и мучился. Его полоска здоровья сперва начала снижаться, но затем резко возросла. Я обернулся, заметив, что Лили пришла в себя. Её глаза наполнились слезами, но смотрели прямо на Суо. Она поменяла своё здоровье на его.
Подняв парня на руки, я перебежками достиг Тони и опустил японца рядом с ними. Осьминогов рядом с нами было много, особей семь, я их уже не считал. Слизняков поблизости я не видел. Приняв усиленную дозу зелья, немного отдышавшись, я двинулся вперёд. Сзади оставались ребята, надёжно закрытые щитом Тони на некоторое время.
Нанося противному восьминогому монстру один удар за другим, попеременно уворачиваясь от атак его собратьев, я довёл двух осьминогов до самой нижней границы здоровья. С ещё двумя мне кто-то тоже помог. Я краем глаза во время кувырка заметил фиолетовую броню и светлые волосы. Я знал его — это главный Фиолетовых карт. Он вступил в бой, а значит, его отряд был почти разбит. Боевые заклинания начали звучать реже. Маги тоже были разбиты либо же экономили силы.
Фиолетовый король умело орудовал копьём, добивая врагов на расстоянии. Когда мелкие слизни появлялись, активировал «Тысячу порезов». Так вдвоём мы смогли убить четырёх мобов, не оставляя после всего этого мелких поглотителей жизни.
Один из монстров захватил щупальцем моего временного напарника. Я ткнул клинком в живот этому мобу, проводя лезвием так, чтобы все внутренности мгновенно вылезли наружу. Щупальце крепко сжимало тело Фиолетового короля, поэтому, когда осьминог упал в предсмертных конвульсиях, парень пострадал. Я не успел в пылу битвы заметить, что произошло, но король достаточно снизил уровень своей атаки.
Несмотря ни на что, меня задевало. Здоровье снижалось, что уж говорить про силы. Они были нужны на каждый уворот, каждую атаку. Когда сражаешься с кем-то, у кого количество конечностей превышает твоё в четыре раза, выдыхаешься намного быстрее. Делая небольшую паузу в стороне, ожидая, пока перезагрузится навык и когда рука вновь сможет сжимать клинок, я обратил внимание, что Суо пытается колдовать. Причина, по которой японцу с таким серьёзным ранением приходилось колдовать, была ужасная. Тони пытался отбиться от маленьких тварей, которые повалили его. Лили стояла в стороне, пытаясь понять, что происходит.
Я рванул к ней, но что-то свалило меня с ног. Дыхание вырвалось из моих лёгких от падения. Ярость и злость заполнили меня вместо воздуха. Рывком отрезав щупальце, что тащило меня, я попытался подняться на ноги. Другой осьминог придавил моё тело к земле. Клинок из левой руки выпал от неожиданности. Ногами, кулаками и оставшимся клинком я отбился от этого грузного и склизкого тела. Он разлетается на пиксели, осыпая меня ещё и слизнями. Навык включился почти автоматически. Я убил слизняков, начиная движение дальше, но монстров вокруг стало слишком много.
Окружая меня, они перехватывали мои клинки, помогая друг другу отбивать все мои атаки. Я потерял бдительность всего на мгновение, когда почувствовал жгучую боль в левом предплечье. Это напоминало резкий порез острым предметом. От неожиданности я резко втянул воздух через рот, но поспешно закрыл его. Слизняк болтался у меня на руке, вызывая такую боль, словно кто-то вживую снимал с меня кожу. Сквозь слёзы, выступившие на глазах, я заметил, что большие осьминоги направились в сторону ребят, безуспешно решавших свои проблемы. Суо пытался вызвать заклятия, Лили продолжала лечить парня, у которого вновь открылась рана. Тони всё ещё сопротивлялся тварям, его меч лежал в стороне. Он даже не замечал надвигающихся восьминогих мобов.
Превозмогая боль и желание кричать, я успел убить одного моба. Его мелкие личинки сразу начали расползаться в стороны, направляясь к ближайшим жертвам. Я знал, что Лили не выдержит. Нельзя было допустить, чтобы эта мелкая тварь добралась до неё. Вставая и падая вновь, я приближался к ребятам. Но, как я ни старался, догнать моба у меня не получалось.
Когда стрелы одна за другой стали прибивать мелких тварей к земле, я окончательно обезумел от боли. Достав кинжал, я нанёс несколько колющих ударов по слизню, не думая, что тот присосался к моей руке. Даже собственные порезы не приносили такой боли, какую причинял он. Это помогло. Маленькая тварь умерла, разлетаясь на пиксели, немного очищая мне разум. Рядом с нами верхом на гигантской пантере сидела Кира, с невероятной скоростью стреляя по разбегающимся слизнякам.
— Помощь нужна? — услышал я сдавленный басистый голос Виктора, который перерубал осьминога рядом со мной.