В этот раз бой прошёл ещё хуже. Кира торопилась, ошибалась, стукалась, мне приходилось чаще защищать её. Поэтому, когда бой был закончен, я понял, что щиту скоро придётся отправиться в ремонт. Руки сводило от усталости и холода. Но девушка снова оказалась недовольна. Прежде чем она побежала дальше, я успел вновь поймать её за руку и остановить.
Лишь вблизи я заметил слёзы в её глазах и понял, что этот метод успокоения необходимо прекращать.
— Иди сюда, — произнёс я, подводя расстроенную девушку к краю одного из водопадов. — Смотри.
Она остановилась, я заметил, как тяжело поднимается и опускается её грудь от каждого вздоха. Руки были агрессивно сжаты в кулаки, а напряжённый взгляд был обращён на прекрасное озеро внизу, окаймлённое лесом. .
— Что ты видишь?
— Не знаю… Озеро?
— Да, а что ещё?
— Лес, поле, небо, животных внизу, — она не понимала, к чему я клоню, поэтому продолжала перечислять: — Водопады, солнце, радугу — мир.
Она закончила, отдышавшись, и посмотрела на меня. Сейчас она стояла очень близко, и я понимал, что должен спросить:
— Ты любишь его?
Она вздрогнула и не стала переспрашивать или уточнять. Пускай было не понятно, говорю ли я про Виктора или про этот мир. Постояв, молча наблюдая за рассеивающейся радугой, она сказала, уронив слезу:
— Я не знаю… Скорее всего.
Внутри меня что-то вновь больно ударилось, и я отпустил руку девушки, которую всё так и держал, пока мы стояли. Не собираясь больше заниматься погоней за мобами на этой территории, произнес:
— Этот мир, Кира, что ты видишь сейчас перед собой, — он не настоящий. Он подделка. Он создан, чтобы обмануть тебя. Ты глубоко внутри знаешь, что это кончится, а благодаря усилиям воров и Суо намного быстрее, чем мы думали. Виктор не тот, за кого выдаёт себя в этом мире. Как только иллюзия, созданная в этом мире, пройдёт, ты поймёшь, что он за человек. Разве он подходит тебе? Не этот Виктор — с секирой, а тот Виктор — реальный. Всё в нём обман. Всё здесь обман.
Я видел, что мои слова ранят её, но чувствовал, что должен был предупредить её, пока она совсем не растворится в здешней реальности. И пусть лучше потом она ненавидит меня, но зато не оставит своё сердце здесь, когда это всё кончится.
— Кира… Даже Опри — обман. Иллюзия. Игровая механика.
Внутри я понимал, что сейчас это будет воспринято скорее негативно, чем с пониманием. Мне было тяжело говорить не то, что она сейчас хочет услышать от меня, а то, что я действительно хочу сказать.
Девушка кивнула, посмотрела на меня своими большими зелёными глазами. Пару секунд я видел, как противоречивые чувства боролись внутри неё, но потом она выдохнула облачко пара и произнесла:
— То, что я чувствую, — не обман. Я возвращаюсь домой. Спасибо, что помог мне.
Через секунду рядом остались одни пиксели, камень телепортации сработал мгновенно.
Я посмотрел вниз — радуга совсем растаяла.
Глава 28. Кира
Ссориться с Виктором всегда было очень больно, пускай мы ещё не обсуждали, кем друг другу приходимся и что значим друг для друга, я чувствовала себя ужасно каждый раз. Он умел извиняться и умел признавать свою вину, но вспыхивал и переходил в агрессию быстрее, чем я успевала что-то объяснить. Прошло три дня молчания и безмолвных обид, прежде чем он подошел ко мне поговорить. Я читала книгу по стрельбе из лука, чтобы поднять навык перед предстоящим боем, сидя на большом подоконнике в нашем зале. Дом слегка пострадал после нападения Сары и подручных магов, отчего в некоторых его местах оставались вмятины и сломанные полки. Джейсон, Лили и Суо починили большую часть, но рядом с этим восхитительным окном всё еще была трещина в раме, так что сквозь неё постоянно проникал свежий воздух. Отвлекая от чтения, я поглядывала на Опри, которая вновь обрела беспечность. Она играла во дворе, периодически оттачивая резкие прыжки и ловкие увороты. Именно в таком полусонном и умиротворенном положении меня нашёл Виктор.
- Я говорил с Тони. – Начал он разговор. Во мне было достаточно вредности, чтобы не отвечать ему и позлить его, но ощущение тоски по его прикосновениям и неловким комплиментам пересилило противный характер: