Второй этаж дома был больше похож на какое-то общежитие, потому что тут сочетались несочетаемые жильцы. С одной стороны от лестницы жил Суо в своей небольшой замысловатой комнатке, похожей на башенку какого-то безумного мага. Рядом с ним была красивая, но достаточно беспорядочная комната, которую пока никто не занял.
С другой стороны жили мы с Джейсоном. У него комната была самая спокойная. С большими окнами, ведь она была верхним продолжением зала. Вся она была исключительно уютной и мужской. Если в комнате Виктора было сложно понять, живёт там кто-то или просто пробегал мимо и бросил парочку вещей, то в комнате Джейсона было очень много памятных вещей или каких-то трогательных сувениров. Как он успел насобирать столько всего за полгода игры, совершенно непонятно. Лишь из-за этих украшений его комната и казалась неорганизованной, в остальном его комната тоже была образцом порядка.
В моей же комнате был самый чудесный балкон с видом на лес, замечательным столом для шахмат или настольных игр. В остальном комната была самой обычной. Я вообще привык к самым простым и обычным вещам.
Именно поэтому, когда я оказался в комнате Суо почти в первый раз полноценно, я немного остолбенел, разглядывая всё.
— Почему она у тебя двухэтажная? — отвлекся я от темы.
— Добавил себе чердак к комнате.
Такая высота японцу была нужна, чтобы водрузить в комнате огромный шкаф с книгами, какую-то невероятную люстру и совершенно неуместную двухэтажную кровать.
— Зачем тебе двухэтажная кровать?
— А вот это уже не твоё дело. Выходи давай.
Он встал, отложил какие-то книги в бардак из других книг и подтолкнул меня к выходу. Сам тоже вышел за мной, предусмотрительно закрывая дверь на заклинание.
Мы вышли во двор, обходя нашу зону для тренировки и направляясь к озеру. Когда мы дошли до него, то парень из карманов своего необычного одеяния достал камешек размером с кубик сахара.
— Это местный пиксель.
— Что?
— И, правда, почему я решил рассказать именно тебе? — он сказал это без сарказма, но я для порядка закатил глаза.
— Когда любое живое существо здесь умирает, когда любой объект приходит в негодность, после него остается лут, но перед этим оно рассыпается тысячью таких вот объектов — пикселей.
— Да знаю я, знаю.
— Ну и чего спрашиваешь тогда?
— Мое «что» относилось не к тому, что я правда не знаю, что это. Это скорее было вежливая и короткая альтернатива восклицанию: «Какого чёрта она у тебя делает? И как ты вообще, нахрен, смог её подобрать».
Суо пошевелил бровями. Потом подобрал свободной рукой камешек с земли и бросил его в озеро, стараясь, чтобы получился блинчик.
— Я подобрал его после смерти одного из игроков этого мира. Я едва знал его, но он был первый и последний, кто оставил после себя частичку. Такой же мы использовали для контакта с реальным миром.
Я взял другой камешек, привычно запустил его в озеро. Довольно понаблюдал за тем, как он исполняет три ровные дуги, прежде чем уйти под воду.
— Дашь мне осмотреть его?
Суо раскрыл ладонь. Пиксель был маленьким квадратиком, но от него исходило свечение. Казалось, оно складывается в какой-то рисунок, но из-за размера было непонятно, что это за рисунок. Я попытался присмотреться, как ко всем объектам игры, но о нём не было никакой информации. Объект был абсолютно не игровым.
— Суо, объясни мне, почему ты никому не рассказываешь? Это же грандиозная находка. Я не знаю, что она значит, но точно что-то важное. — Мой голос от волнения звучал сипло, мне пришлась прочистить горло. От этого я сперва не услышал, что Суо начал мне отвечать.
— Может и так, — согласился японец, задумчиво покачивая головой. — Но любой смысл это имеет, только если создатели туда не сунутся. Если эту ошибку обновят, исправят, закроют этот портал к реальному телу, то придётся уже играть по их правилам. А как ты знаешь, большинство подобных ошибок находят бета-тестеры. Те, кто за игрой следит. И кажется мне, они тут с нами. Понимаю, что никто из ребят к этому не имеет отношения. Но честного Джейсона не остановить, если вопрос касается всеобщей справедливости и такого важного события, как возможный выход из игры. Он сразу же решит рассказать всем. Нам от огласки легче не станет, люди уровни проходить забросят, внимание привлекут, а создатели через бета-тестеров наше единственное окошко и прикроют.