Матвей нацепил на себя спортивные брюки, потёртую серую толстовку и чёрную кепку, а капюшон натянул так, чтобы его лицо оказалось скрыто хотя бы частично. Его соседка с партийным прошлым, Мария Ильинична, наблюдала за выходом оперативника в глазок. Она присматривалась, насколько позволяло зрение, но что не так с Матвеем ей так узнать и не удалось.
Фёдоров-младший вышел из подъезда, быстро прыгнул на заднее сидение автомобиля, за ним тут же закрыли дверь. В машине его уже ожидал Нестор Павлович Тищенко, рослый мужчина лет пятидесяти с хвостиком, один из главных специалистов СКВП по двадцать шестой классификации. Именно он в тот день вызвался сопроводить Матвея до перехода лично. Человек особых принципов, так называли сослуживцы Тищенко. Он никогда не позволял себе повышать голос, всегда говорил поставлено и только то, что думает, за что его не все любили в СКВП. Однако, это Нестора Павловича совершенно не беспокоило. Он выполнял свою работу профессионально и без единой ошибки уже пятнадцать лет.
— Надеюсь вам удалось подготовиться к делу? — сразу спросил он.
— Да, Нестор Павлович, — Матвей снял капюшон, обнажив созданный искусственно шрам, — как видите.
— Замечательно. Мы отвезём вас во Внуково-2. Там отдельная полоса и самолёт уже готовый к вылету в Сочи.
— А я всё гадал, как быстро меня отправят к месту перехода.
— Насколько позволяет нам бюджет. — он повернулся к водителю и дал команду трогаться.
До аэропорта оказалось ехать минут тридцать, которые Матвей решил потратить на последние приготовления. Тищенко всю дорогу молчал, только изредка просил водителя прибавить газу или, наоборот, притормозить. Водитель выполнял команды беспрекословно. С Киевского шоссе они свернули в сторону аэропорта и съехали на незаметный дублёр. Матвей поймал себя на мысли, что сколько он не ездил в аэропорт, а дублёра этого не замечал. Оказалось, что это прямая трасса до взлётно-посадочной полосы, где за сетчатыми воротами виднелся их новенький Embraer Phenom 300. Такого отношения оперативник никак не ожидал. Видимо плата за перенесённую операцию.
После проверки номеров автомобиля солдат сурового, но уставшего вида открыл ворота и автомобиль смог проехать прямо к трапу. Пилот и его помощник уже находились в кабине, готовые в любую минуту включать двигатели. Матвей вышел из машины, оглядел самолёт и от удивления присвистнул. На довольном лице Тищенко появился ухмылка удовлетворения, от того что смог удивить молодого оперативника. Матвей неторопливо поднялся на борт, смакуя каждый шаг. Внутри их встретили двое стюардов в наглаженной форме без опознавательных знаков.
«Неужели тоже наши? — подумал Матвей, — Хотя не удивлюсь.»
Они разместились в комфортных креслах, стюарды предложили напитки. Матвей взял себе колу со льдом, а Тищенко стакан односолодового виски. Ещё минут через пять капитан сообщил о готовности к вылету.
Матвею казалось, что он закрыл глаза всего на секунду. Но толи кресло оказалось слишком комфортным, толи сказалась усталость последних недель, он провалился в глубокий сон и проснулся уже когда самолёт приземлился в аэропорту города Сочи.
7
Весна в курортном городе ощущается совершенно по-другому, особенно если город расположен у моря. Немного солоноватый запах расстилается за много километров от воды и на фоне жары и духоты кажется близким спасеньем. Матвей вдохнул этот запах полной грудью. Ему захотелось плюнуть на всё и нырнуть в холодное море, слиться с волнами, плыть как можно дальше к линии горизонта. Вместо этого он сел в похожий немецкий автомобиль, который встретил его у трапа и они отправились к точке перехода.
— Куда мы едем? — спросил Матвей.
— В тридцать восьмой район. На берегу Мацесты есть тихий пролесок, переход совершишь там. В городе перейти не удастся.
— Ну, к переходу в лесах мне не в первой.
Тищенко никак не отреагировал на заявление оперативника. Не посчитал нужным.
Из Адлера автомобиль выехал на шоссе вдоль моря. Матвей открыл окно, чтобы насладиться видом бесконечной воды, уходящей куда-то за горизонт. Перед ним появился образ родителей, которые привозили девятилетнего мальчика купаться летом. Его мама всё время переживала, что он заплывёт слишком далеко, а папа брал с собой на рыбалку ранним утром. По груди растеклось тепло от воспоминаний. Он решил что по приезду возьмёт отпуск, заберёт отца и Лизу и обязательно свозит их на рыбалку.