Когда она спросила Матвея кем ей стать, он посмотрел на неё щенячьими глазами и сказал: кем хочешь. Девушка немного замешкалась. Перед ней открылись все возможности, оставалось только решить, чем же ей заниматься. И тогда она поняла: Матвей спас её, показал новый мир, но и в этом мире есть те, кому нужна помощь. Дети, лишившиеся родителей, старики, лишившиеся детей. Даже питомцы, лишившиеся хозяев. Им всем нужна помощь. Она твёрдо решила, что будет заниматься благотворительностью. Но для этого Элине необходимо получить образование. Школы в Просветлении не было, девушку учила читать и писать мама, но этого явно не достаточно. И она решила сначала закончить школу, а затем поступить в университет. Она выбрала такой путь. Новый для неё. Интересный, полный задач и преград. Но она его обязательно пройдёт, потому что рядом с ней её мужчина. Её муж. Её поддержка во всём.
Её любовь.
17
Весна полным ходом приближалась к Москве. Город сбрасывал с себя зимние оковы, глотая воздух полными лёгкими. Во дворах появилась грязь, но очень скоро она покроется зелёной травой, закрывая все неровности. Под окнами с первыми лучами солнца щебетали птицы, радостные вестники просыпающейся природы.
Матвей проснулся от солнечного зайчика, который игриво прыгнул ему на глаза. Элино зеркальце для макияжа отражало луч из окна. Оперативник очень тихо, стараясь не разбудить жену нежно поцеловал её в кудрявую макушку. Элина издала радостное «м-м-м» и тоненькой ручкой погладила Матвея по небритой щеке. Он прикоснулся к её губам своими и отправился в ванную комнату.
Кашалотов вызвал его к 10:00, что рано даже для него. Сказал, что разговор серьёзный и задание, которое ждёт Матвея не из разряда «отлавливать незаконных перебежчиков». Этим и нравилась Матвею его работа. Ровно в тот момент, когда ему кажется, что он занимается рутинным трудом — прилетает что-то интересненькое.
Эля бесцеремонно зашла в душ к мужу, скинула с себя ночнушку и залезла под горячую струю воды.
— Ты же к Кашалотову сегодня? — спросила она.
— Да, пока не знаю куда отправят, но я тебе позвоню. — он обхватил её бёдра руками.
— А если ты отправишься надолго? Что же я буду без тебя делать?
— Мне кажется, что ты здесь чудесно освоилась! — он немного отклонился и в шутку погрозил пальцем, — Веди себя хорошо.
Она засмеялась.
— Тем более я скачал тебе все сезоны «Альфа» и «Друзей». Ты обещала начать смотреть, помнишь?
— Обязательно. Пока не успевала, много учёбы.
— Ты умничка. Я горжусь тобой.
— Спасибо, муж! Просто… Даже когда ты уходишь на ночь, я уже тоскую.
— Я знаю, малыш, я тоже. Но это моя работа. Ты же всё понимаешь. Тем более, если что — ты всегда можешь позвонить папе. Ты не одна, помни об этом. А я всегда с тобой, даже если не рядом.
— Я это чувствую, — она потянулась вверх, к губам Матвея, — я люблю тебя.
После такого волшебного утра дорога на работу пролетела незаметно. Матвею не хотелось оставлять свою жену, он верил, что она прекрасно справится без него, но определённое волнение всё таки испытывал.
Перед НИИ на Профсоюзной улице выползли удовлетворять свои потребности в никотине сотрудники, несколько месяцев ютившиеся в пропахших сигаретами курилках. Матвей не увидел ни одного знакомого лица, а потому прошёл мимо людей прямо к КПП, поздоровался с охранником и поспешил к лифту.
На нижнем этаже он подошёл к небольшому окошку с решёткой.
— Здравствуйте. Фёдоров.
Тучная женщина с жидкими волосами по ту сторону окошка, не произнеся ни слова протянула Матвею красную папку с новым заданием.
Уже по родным коридорам он прошёл к кабинету с массивной дубовой дверью за которой от всего мира старался скрыться Игорь Сергеевич Кашалотов. Матвей постучал и не дожидаясь приглашения зашёл ровно в 10:00.
— Ласточка моя! — раскатистым басом пропел Кашалотов, — Ну, неужели? Вы, никак, ваше благородие решили поработать в кой-то веки, а, графиня?
Матвей открыл рот, чтобы возразить, но не успел.
— Я не имею в виду ваши короткие командировки, мадмуазель. Я говорю о серьёзной работе! Скататься в двадцать седьмую или тридцать первую на полдня не считается! Господи! — он вскинул огромные руки вверх, — Что же я?! Как я мог так сильно ошибиться?! Непростительно! Ты же у нас не мадмуазель уже, а мадам!
Матвей поймал себя на мысли, что ещё легко отделался. Кашалотов мог бы с лёгкостью пройтись по тому как оперативник встретил свою жену и что сделал, чтобы переправить её сюда, но не стал.