Кашалотов сделал глубокую затяжку и выпустил дым вверх в ожидании ответа Матвея.
Если вы считаете, что Матвей должен отказаться от неожиданного задания Кашалотова, переходите ко главе 4А.
Если вы считаете, что Матвей должен согласиться выполнить неожиданное задание Кашалотова, переходите ко главе 4Б.
ГЛАВА 4А. СЛИШКОМ ХОЛОДНЫЙ ДЕНЬ
1
— Игорь Сергеевич, там человек пропал. Может быть можно, чтобы чиновника вашего кто-то другой нянчил, а?
— Эх-х… — выдохнул Кашалотов, — Пёс с ним, ты прав. В конце концов это важней. Езжай в Пушкино. Там тебя встретят. Лучше своим ходом, в пробках часа три потеряешь, не меньше.
— Хорошо, Игорь Сергеевич, спасибо большое за понимание.
— Не за что. Иди. Найди Берзина и выясни всё. Свободен.
Матвей поблагодарил начальника и вышел из кабинета. Заскочить домой к Элине он явно не успевал, потому, по дороге на Ярославский вокзал он набрал ей.
— Я совершенно запуталась во всех этих учебниках! — вместо приветствия сказала жена Фёдорова, — Как вы ожидаете, что это всё может запомнить ребёнок?!
— Что поделать? — рассмеялся Матвей, — Наша система образования беспощадна. Мне придётся уехать на несколько дней.
— Новое задание? — спросила Элина.
— Да. Не могу рассказать о деталях, прости.
— Понимаю, это же твоя работа. Ты только вернись ко мне, ладно?
— Конечно. Я всегда буду к тебе возвращаться, родная.
— Я знаю. — ласковым голосом сказала девушка, а потом добавила, — Люблю тебя.
— И я.
Матвей удовлетворённо выдохнул. Он немного переживал о ней, но знал, что после той жизни, которая была у Элины в Просветлении разобраться с интернетом или микроволновой печью для девушки не будет сложной задачей. Да и если что — Фёдоров-старший и Лиза всегда придут на помощь.
На площади трёх вокзалов было людно, даже слишком. Матвей поймал себя на мысли, что сегодня пятница и вот откуда бесчисленный поток желающих наконец свалить из города к себе на родные шесть соток. С кучей сумок, озлобленные после тяжёлой рабочей недели их ждёт спасенье в шашлыках под коньяк или другой крепкий напиток, потому каждому уважающему себя дачнику необходимо протиснуться в набитую электричку. Матвей же решил, что умней и может поехать на следующей, но глубоко ошибся, так как следующая электричка заполнилась ещё плотней.
Дорога до подмосковного Пушкино занимала не больше часа. Его встретят на платформе, а пока он решил позвонить отцу, попросить его присмотреть за Элей и заодно вкратце рассказать куда отправляется. Однако, вместо привычного голоса отца Матвея приветствовал холодный металлический голос автоответчика. Тогда он попробовал позвонить Лизе, верной спутнице Евгения Николаевича.
— Алло? — послышался голос на том конце, — Привет, дорогой.
— Привет, Лиза. — В ту же секунду как он произнёс эти слова его ударило черенком от лопаты в рюкзаке пожилого прохожего. Стерпев неприятную боль, Матвей продолжил, — Не могу дозвониться до папы.
— Он уехал в рабочую поездку. Не сказал куда, сказал только, что будет через две недели.
— Вот оно что. Ладно, спасибо. Я сам уеду на несколько дней, так что если выйдет на связь, передай, что у меня всё хорошо.
— Конечно, Матвей, не переживай. А я тогда заеду к Эле завтра.
— Спасибо, Лиза. Большое.
— Да ну, перестань. Мы девочки должны держаться вместе. Тем более, что я её понимаю как никто.
Матвей не очень понял, что Лиза имеет в виду, но решил и не вникать, а ещё раз поблагодарил и пожелал хорошего дня.
Пейзаж за окном, а точней а в том кусочке, который оперативник мог разглядеть сквозь людей практически не менялся. Деревья, редкие посёлки и станции с красивыми вывесками, но абсолютно бездушными названиями. В этом монотонном движении ой поймал себя на мысли, что его жизнь сильно отличается от жизней тех, кто едет с ним в старом вагоне электрички. Ведь никто и них даже не представляет, что они далеко не одни во вселенной. Что где-то существуют такие же они, более успешные или наоборот, абсолютно пропащие. Но не смотря на это они те, кто каждый день меняют целую вселенную. Из-за их решений, их выбора рождаются новые реальности, которые им кажутся единственно верными. И их бесконечное количество. Так что можно сказать, что каждый из тех, кто сейчас находится с Матвеем в вагоне, каждый, кто в данный момент данную секунду стоит перед выбором является своеобразным создателем.