— Половина первого.
— Спасибо.
Евгений Николаевич бросил взгляд на молодого человека, голос показался знакомым и от удивления опустил руки.
— Как ты здесь оказался? — удивлённо спросил он.
— Я на задании. В СКВП большие проблемы.
— Странно. Ты за мной? Нужна какая-то помощь?
— Нет. Да и как я мог знать что ты здесь? Лиза не в курсе. Твои друзья наверняка тоже. Для меня, так это вообще сюрприз. Что ты здесь делаешь, папа?
— А на что это похоже? Я отдыхаю. Читаю газету. — Фёдоров-старший явно занервничал, — Ты один?
— Агенты КГБ считаются?
— Ха! Я их сразу раскусил. Непросто так они трутся у мусорного бака. Так что там с СКВП? Какого рода проблемы?
— Я боюсь у меня нет времени тебе рассказывать. Позвони Раскалову. Мне кажется, ему понадобится твой совет. И часто ты сюда выбираешься?
— Нет. — отец Матвея явно врал, — Мне просто нравится чувствовать наш двор… здесь, понимаешь? Всё таки это моя молодость. Я не жду, что ты поймёшь.
Один из мальчуганов, лет десяти, подбежал к ним и обратился к Евгению Николаевичу:
— Пап, у тебя попить есть? — потом он заметил Матвея, — А ты что тут забыл? Ты же на работе должен быть!
— Нет. — строго ответил Фёдоров-старший, — Иди, дай нам поговорить.
— Вот так всегда! — раздосадованный мальчик повернулся и побежал к друзьям.
— Ты ничего не хочешь мне рассказать? Например почему чужой ребёнок называет тебя папой и почему он узнаёт меня?
— Матвей… Я только тебя прошу… — Фёдоров старший свернул газету и повернулся к сыну, — не осуждай меня.
Матвей кажется понял к чему ведёт его отец и от обиды ком предательски подкатил к его горлу. Он почувствовал, что ему нужно присесть, хотя больше всего ему хотелось сейчас убежать. Не знать правды.
— Когда умерла твоя мама я… я был разбит, сынок. Женщина, которую я любил так сильно… Как ты любишь Эленьку. Она навсегда исчезла из моей жизни. А здесь…
— У тебя ещё одна семья… — тихо произнёс Матвей.
— Ну… сынок… Ты же знаешь, я люблю тебя. Ты мой сын.
— Мама жива здесь, не так ли?!
— Да.
— Мой дубликат… другой я здесь тоже есть?
— Да.
— А это младший брат? То, чего нет у меня?
— Так получилось… Мы долго сомневались стоит ли рожать, всё таки возраст, но местная медицина творит чудеса.
— Это многое объясняет… Чёрт, да это объясняет всё! — от злости Матвей вскочил. Он повысил голос так, что на него обратили внимание старушки, сидящие на скамейке у подъезда, — Твои отсутствия по праздникам, дням рождениям! Ты был с семьёй!
— Прошу, Матвей, не говори так. — пытался успокоить сына старый оперативник, — Ты моя семья. Ты мой сын.
— А как же Лиза? Молоденькая любовница на стороне?
— Не говори так, прошу тебя. Лиза… Лиза это моя сожительница. Я помог ей в своё время и поэтому она играет роль, которая ей отведена.
— Охренеть… — Матвей стоял возле отца с широко открытыми глазами и не верил в происходящее, — Я хочу увидеть маму. Посмотреть на неё. Хотя бы издалека.
— Она в пансионате, сынок, от предприятия на котором работает. Именно поэтому я был вынужден совершить переход сюда. С Павликом некому сидеть. Я понимаю, что ты хочешь увидеть её, но сейчас это невозможно. Да и зачем? Ты же не сможешь поговорить с ней. Пообщаться. Прости меня, я скрыл этот факт от тебя, но пойми меня… я…
— Павлик… — сквозь стиснутые зубы произнёс Матвей, — Какая же ты мразь. Вместо того, чтобы помнить маму, ты просто отправился в другой мир и нашёл ей замену.
— Не смей так со мной говорить! — крикнул Фёдоров-старший, — Я, между прочим, твой отец!
— Ага, — крикнул Матвей в ответ и показал на бегающего неподалёку мальчугана, — ты его отец!
— Матвей, постой! Давай поговорим? — просил Евгений Николаевич уходящего сына, но Матвей не желал его слушать. Как и говорить с ним. Как и иметь что-либо общее.
Он подошёл к двоим агентам КГБ и приказным тоном сказал, что готов вернуться домой.
По прибытию обратно Матвей позвонил Кашалотову и сказал, что выполнил задание, но ему нужно заехать домой. Он просто не мог сейчас появиться на службе. Не в таком состоянии. Ему было обидно до глубины души. Он не мог поверить, что его родной отец так с ним поступил. Даже не с ним, а памятью о его матери.
Дома Эля сразу поняла что что-то не так. Она не стала расспрашивать, а просто обняла мужа что есть сил и Матвей не выдержал. Разревелся у неё на плече, а потом всё рассказал сам. Когда ему стало легче, Эля положила голову ему на плечо и спросила: