Лицо герцога осветилось. Морщинки у глаз собрались в искреннюю улыбку. Он пересел ближе и притянул жену к себе.
– Снова мальчик? – усмехнулся он. – Ха! Ну и напугала же ты меня! Слава богам, хорошие новости.
Кедриц тихо выдохнула, глаза её затуманились от облегчения. Впервые за долгое время в её душе стало немного теплее. Головная боль отступила, руки больше не дрожали, так не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Но она знала: через пару минут Ренир снова станет угрюмым и ускачет вести непрекращающиеся беседы с советниками. Вскоре, путь снова потянется в Кэранду, где их ждут встречи как новых союзников, так и старых врагов.
***
Тем временем, далеко на севере, в одной из обитых шкурами и золотым бархатом карет, ехал Тарвин, личный советник правителя Арденнуса, в компании Гелиоса – хранителя Северных земель.
Тарвин откинулся на подушки.
– Знаете милорд, почему Дареймов прозвали драконами? – спросил он, придерживая чёрную макушку правителя.
Гелиос отрицательно покачал головой, заставляя член Тарвина у себя во рту биться о щеки.
Любовники сидели в уединении в роскошной карете, обшитой изнутри тёплыми шкурами животных, мягким бархатом и наполненной подушками. Окна были плотно завешаны шторами, а снаружи ехали десятки стражей и слуг, двигаясь в сторону моря. Карета мягко ехала по свежему снегу.
– Давным-давно, эти напыщенные блондины пустили в Альтосе легенду, будто тысячу лет назад миром правили… - рыжий советник прервался на полуслове и сдержанно простонал, толкая своё достоинство глубже в глотку Гелиоса, заставляя юношу прослезиться от накатывающего рвотного позыва. Тем не менее, хранитель Арденнуса сдержал рефлекс и продолжил двигать головой навстречу паху Тарвина.
–… Правили драконы… - продолжил советник, откидывая голову назад. – И многие верят, будто кровь этих могущественных существ течёт в венах Дареймов. Увлекательная сказка, не так ли?
Кэранда
Несколько дней в море прошли штатно. Даэрона все время мутило от волн, что качали корабль, Кедриц читала в общей каюте, Веллас болтался туда-сюда, не находя себе места и докучая отцу расспросами о Кэранде, а Адам отстранённо наблюдал, в особенности за Кедриц. Он никогда не хотел чего-то большего, его вполне устраивало его тихое место среди семьи Дареймов. Да, по началу он часто грезил о герцогине и сильно убивался, зная, что его чувства запретны, но сейчас он чувствовал себя вполне удовлетворённо, находясь где-то на периферии и наблюдая. Зачем ему добиваться герцогини, если его мечты никогда не смогут сбыться? Какой смысл делать что-то большее и вылезать за рамки приличия, если можно быть просто другом, товарищем? Зачем пытаться дотянуться до звезды, зная, что руки обожжёт свет?
Кэранда встретила Дареймов тёплым бризом и запахом моря. Островное государство было полной противоположностью Дарейма: золотые пляжи, пышные сады и величественный белоснежный дворец, украшенный мозаиками. Он возвышался на холме, его купола сияли под солнцем, как драгоценные камни, смотря на гостей свысока. Дареймов радушно встретил весь состав Высшего Совета Империи, выделили гостевое крыло и пригласили на ужин. Единственное, что смутило, — отсутствие Йофрейнов. Ни один член Императорской семьи не встретил прибывших гостей. Совет сослался на занятость Императора и его детей и быстро закрыл данную тему, не желая раскрывать истинных причин.
Рениру и Кедриц досталась одна кровать на двоих, что было не совсем уместно: Кедриц не привыкла делить одну комнату, а тем более постель с мужем.
Герцог лишь изредка заглядывал к жене, дабы выполнить супружеский долг, в остальное время Ренир уважал границы герцогини, разделяя ложе с другими, более доступными девицами. Тем не менее Кедриц никогда не считала герцога плохим мужем. Он был в меру добр, никогда не позволял себе поднять руку на женщину, учил сыновей уважать мать и держал дистанцию там, где другие перешли бы грань.
За это она ценила его — сдержанно, как женщину учат ценить мужчину, которого она не выбирала.
***
На следующий день Дареймы, как и все великие Фамилии Альтоса, прибыли на торжество. Приёмный зал во дворце сиял. Хрустальные люстры отражали свет тысячи свечей. Струнная музыка плыла над шумной толпой, пока в зал прибывало все больше и больше людей. Стук каблуков и кубков с вином смешивался с гулом, создаваемым герцогами, лордами и их слугами. В обсуждениях утопали интриги и тайны. В центре зала, в окружении гостей, находилась главная фигура мероприятия: Император. Престарелый мужчина, заметив ступившее внутрь беловолосое семейство, поспешил к ним навстречу с неожиданной для его возраста живостью.