Не знаю, сколько прошло времени, но я все-таки не умерла. Снова. Первым, что я увидела, придя в себя, было все то же буйство цвета, окружающее меня со всех сторон, и любопытные пурпурные глаза, в упор глядящие на меня. Потом я услышала знакомые голоса.
- Самаир! – мне казалось, что я говорю громко, но раздался лишь шепот. Но и его услышали. Голоса смолкли, лишь один продолжал звучать. Правда, ответил мне совсем не он.
- Алурри! С тобой все в порядке?!
- Все хорошо, Илья. Где я?
- На берегу, рядом с башней. Мы не можем тебя вытащить. Он тебя не отдает уже сутки! Ты можешь прийти к нам?
- Могу! – я была уверенна, что существо не будет меня удерживать, но тогда его могут просто уничтожить, - Но не хочу!
Тишина, наступившая после этого, была красноречивее слов. Я поняла, что мои подозрения не лишены оснований.
- Пусть охотники уходят!
- Но…
- Я сказала «пусть охотники уходят», - голос окреп, и неожиданно в нем зазвучали какие-то новые, не свойственные мне повелительные ноты, - я не буду повторять трижды! Чужак останется со мной!
Словно дожидаясь этих слов, существо сложило свои крылья, до этого шатром укрывавшие нас. Только тут до меня дошло, что мой бывший пленник держит меня на руках, а я обхватила его за шею. Следующим, на что я обратила внимание, наши волосы больше не были заплетены в косы, а свободно ниспадали перемешанным водопадом. Несколько долгих мгновений я смотрела только в эти странные глаза, начинавшие казаться смутно знакомыми и родными, потом перевела взгляд на застывших в нескольких метрах от нас людей. Они были в шоке, глядя на нас с непонятным для меня страхом и почтением, но больше всего меня поразило лицо моего учителя – перекошенное от боли, и его глаза, наполненные… ненавистью? Отчего-то мне казалось, что Самаир больше не замечает даже меня, настолько его переполняли злые чувства. Никто не двигался с места, и я сама начала злиться.
- Все! Вон! Отсюда!
Охотников как ветром сдуло. Вместе с ними исчезли Илья и Каварри. На берегу остались только мы трое. Я потянула чужака за рукав, и он молча поставил меня на землю. Я сделала несколько шагов и остановилась на полпути между ним и наставником. Самаир молчал. Потом его взгляд скользнул по мне, и ненависть сменилась презрением. Невидимая рука сжала мое сердце, я поняла, что сейчас произойдет что-то непоправимое.
- Ты! Двуличная, лживая дрянь!– пощечиной прозвучали его слова. Я не понимала, в чем моя вина, но от этого мне было не менее больно. – Я тебе почти поверил! «Я тебя не оставлю» - так ты говорила? А сама уже спуталась с этим… с этой тварью! Заранее договориться о встрече успела? Не поторопилась? Неужели так хотелось власти?! Надоело прозябать в глуши? Могла бы хоть дождаться конца обучения!
- Она не искала меня, – неожиданно раздался за спиной мужской голос. Где-то внутри у меня все задрожало и оборвалось, ноги стали ватными, но я взяла себя в руки и успокоилась, хотя мне нестерпимо захотелось снова спрятаться за пологом цветных крыльев. – Она Алурри. Она все равно принадлежит мне. Это ее предназначение, и ты прекрасно об этом знаешь. Она моя спутница, а не твоя. И ты не можешь ничего изменить. Но наша встреча произошла слишком рано, и это целиком твоя вина. И не тебе называть ее дрянью, а меня тварью. Я не хочу наказывать тебя за твои слова, но ты посмел нарушить покой Алурри, а за это наказание неизбежно. Ты возвращаешься назад. Обучение продолжит другой учитель.
Шестым чувством я увидела, что чужак поднимает руку. Дальше думать было некогда, я действовала на уровне рефлексов. В воздухе что-то сверкнуло. Крылатое существо вновь было опутано моей магией, но я все-таки немного опоздала – Самаир уже начинал таять в воздухе.
- Останови это! Прекрати! – кричала я чужаку, но он лишь покачал головой.
- Это невозможно. Процесс необратим.
- Нет! Не верю! Я не позволю! Он все равно будет жить! Он не умрет раньше меня!
Я сконцентрировалась только на одном – не дать ему исчезнуть. Чтобы не тратить впустую силы, я даже сняла с существа путы, но оно и не думало мне мешать, а с интересом наблюдало за происходящим. Пролетали часы, мелькали дни. Сознание автоматически отмечало восходы и закаты. В конце концов, я смогла остановить процесс, но Самаир теперь стал полупрозрачным, словно затемненное стекло. И, сколько я не билась, я не могла это исправить.