- Я чувствую тебя, Альвена, знал, когда ты пришла, что там стоишь, я томлю себя предвкушением, - глубоко вдохнув, сказал Дирегар, спиной ко мне.
- Оно мне в пору, пойду второе примерю, - сказала я и пошла к шкафу.
Секунда, и на меня смотрят глаза, темные, как ночь, смотрят так, что я замерла. В глазах мужчины читалось обожание, я взяла подол и покружилась. Меня снова подняли, оказавшись глазами на одном уровне, Дир произнес:
- Спасибо, Альвена! Спасибо, что ты появилась! Богиня! Волчица моя!
Я сама потянулась к губам, закрывая глаза. Почувствовала широкую ладонь на шее, потом теплые сухие пальцы зашли в волосы и зафиксировались на макушке, Дир углубил поцелуй, уже не нежно и деликатно, а мокро, дико исследуя языком мой рот. Я задыхалась, хватая носом воздух, слыша, что мычу ему в рот от блаженства. Мы оторвались, чтобы взять воздуха в легкие, тяжело дыша, смотрели друг на друга.
- Ты очень красивая, Альвена! Это твоё платье, оно твоё, девочка моя!
- Спасибо!
19. Кропус
Я услышала шаги, мы с Диром одновременно обернулись, на лестнице, что вела на второй этаж здания, стоял молодой человек, с яркими рыжими волосами, голубыми глазами и смотрел широко выпученными глазами на меня.
- Кропус, мы вроде тихо были, - сказал Дир и взял мою ладонь, переплетая наши пальцы.
- Я не спал, - отвечал юноша, не отрываясь, глядя на меня.
- Альвена, это Кропус, талантливый во всем фей, он живет на втором этаже.
«Мать честная, фей, может тут и джины есть?»
- Кропус, это Альвена, моя любимая и моя пара.
- Фей? Ух, ты! Привет, Кропус, я в восторге от твоего умения видеть детали, совмещать цвета и ткани.
- Альвена!
Он произнес моё имя с придыханием, волнением и поклонением.
- Вы, вам, это платье…- он что-то шептал.
- Кропус, дружище, да, из всего многообразия, что я предложил, Альвена выбрала эти.
Тут Кропус упал на колени, целуя подол моего платья.
Я присела, он ошарашенно поднял взгляд.
- Кропус, милый, я обычная девушка, хочешь чай?
- Кропус, я тебя не узнаю, что происходит?
И уже обращаясь ко мне, Дир продолжил:
- Обычно он веселый, шустрый малый, а тут словно замораживающего зелья испил.
Кропус поднял на меня взгляд и начал говорить, не вставая с колен:
- Когда-то очень-очень давно Тени поглотили мир, и все светила ушли с небосклона, спрятавшись за огромные высокие горы, они не хотели служить живущим, так как живущих поглотила злость, страх, неверие в счастье, горе. Мир погрузился во тьму, и жизнь оказалась под угрозой. Деревья стали величайшей ценностью, ведь их использовали, чтобы разжечь костер, чтобы осветить пространство и согреться, начались грабежи, разбои, убийства, лишь Тени упивались своей властью и темнотой. Все Боги пребывали в растерянности, не зная, как вернуть солнце и луну живущим. И однажды Богиня радости и созидания спустилась во тьму к живущим и стала танцевать удивительный танец, счастливо улыбаясь, танец был полон радости и веселья. Женщины первыми стали присоединяться к ней, танцуя, некоторых стала озарять улыбка, а потом и смех послышался, такой долгожданный и уже многими забытый, затем и мужчины присоединялись, и через какое-то время все танцевали, музыка полилась в мир, озаряя его улыбками, образуя огромное поле танцующих. Солнце и луна одновременно выглянули из-за горы, слыша давно забытый смех и радостную музыку. Солнечный свет вновь озарил мир. С тех пор повелось носить яркие ленты и украшения, вешать в домах колокольчики, сочинять веселую музыку, танцевать от души, искренне улыбаться и радоваться новому дню, теплому солнцу, мудрой луне. Уходя, Богиня наказала живущим не быть высокомерными, не подавлять в себе искренние эмоции, не осуждать чужую радость, ибо радость и искренность обладают преображающей силой. Без радости жизнь теряет краски, и самые сложные проблемы иногда можно решить самым простым и светлым путем.
Богиня сказала еще, что в сложной и неразрешимой ситуации надо постараться найти повод для улыбки, сделать что-то необычное, довериться интуиции, поделиться с близкими своей радостью. Богиня показала всем живущим, что решения приходят через радость и легкость, а не через напряжение и борьбу.
Она так же быстро исчезла, как и появилась, лишь платье осталось на том месте, где она танцевала. Альвена, это её платье, платье Богини радости и созидания».