Обоняние, зрение, слух у меня остались от зверя, но я не оборачиваюсь, не слышу зверя своего, чую запахи, запоминаю ароматы, с которыми сталкивался, и способен узнать их даже спустя длительный промежуток времени, четко вижу, мне свойственна бинокулярность, то есть стереоскопическое восприятие двумя глазами, это позволяет различать мельчайшие детали на огромном расстоянии, и слух у меня в разы лучше, я спокойно слышу шепот человеческий даже за закрытыми дверями.
Две недели назад случайно в таверне услышал разговор двух магов. Один из них предлагал продать свою дочь в орчьи земли, так как задолжал кому-то, дочь через неделю станет совершеннолетней.
«Что творится с миром?»
Помню, я подошел к магам, предложил сумму, продавец тут же согласился, даже не спросил, зачем мне его ребенок. Хорошо, что мой волк спит, я бы загрыз такого отца тут же, не удержал бы зверя.
Я решил дать свободу его дочери или работу предложить в доме, но, когда я приехал к магу, то увидел необыкновенной красоты девушку и передумал с ней расставаться. Она вышла из своей комнаты, подняла на меня свой взгляд, и я пропал. Сердце на миг задержалось, а потом глухо забилось в груди, она была как ночь и день, небо и луна. Черные волосы, как самая темная и страстная ночь, синие глаза, как самое спокойное небо, белая кожа, как самый ясный день, и вся она была как луна, загадочная, красивая, притягательная. Она была похожа на волчицу, такую магессу я видел впервые. Она смиренно сидела за столом, взгляд её был опущен в тарелку, спустя несколько минут, она подняла голову, посмотрела на меня, кивнула и ушла к себе.
Я решил жениться на ней в один миг. Вот только красота внешняя – это одно, душа – другое. Альвена была настолько набожна, что свое будущее видела лишь в служении Богу, хотела жить в монастыре и просила только об одном, чтобы её не отдавали замуж. Я пообещал, если ей не понравится у меня, то через неделю я отвезу ее в храм, расторгну брак. Дилва, когда узнала, что я женюсь, меня поняла, я ей изначально давал понять, что между нами лишь интим за деньги, её это устраивало. А когда узнала, что моя невеста очень набожная и готовится на постриг, она упросила меня познакомить ее с Альвеной и помочь ей: поговорить с девушкой, рассказать о близости, я согласился, разрешил ей приехать к нам с братом в особняк на несколько дней.
После трагической смерти родителей, мы жили с братом, нам готовила и следила за домом оборотница, старушка Зои, что уже не оборачивалась много лет. Она была с нами, когда мы с братом были ещё детьми. За двором следил маг Рубин, работал исправно.
Альвена была кротка, как мышь, забита и тиха, в ней соединилось манкая красота и набожность - и это меня обескураживало. В первую брачную ночь она так тряслась и плакала, что я просто ушел из ее комнаты, Дилва вела с ней беседы, но Альвена была непреклонна. Лишь раз мы поговорили с ней, и весь разговор был сведен к её просьбе, она мечтала быть монахиней и просила помочь осуществить свою мечту.
Когда Зои сообщила, что Альвена выпила много успокаивающего настоя и спала почти сутки, я решил не тянуть и отвезти свою молодую жену в монастырь. Когда я зашел в её комнату, увидел её в сорочке, её длинные распущенные волосы, эту синеву глаз, маленькие пальчики на ногах, я хотел закричать, схватить ее, растрясти, чтобы она передумала, но пообещал, что отвезу ее завтра в монастырь и вышел.