– Ничего страшного, с кем не бывает. Если вас не затруднит, то хочу с вами побеседовать. Присаживайтесь.
Мы удивились такому ходу событий, но потом Стефани засияла, взяла меня за локоть и повела к креслами, стоящим рядом со столом. Странно, но несмотря на свою застенчивость в таких делах, я не воспротивилась, а наоборот, с счастливыми глазами последовала за ней.
– Итак, милые леди. Думаю, вы догадались, кто я, и объяснять не придётся. И в мой кабинет, предполагаю, зашли не просто так, – подмигнул мужчина, – Не возражаете? – он указал длинными изящными пальцами на поднос с едой.
– Разумеется. Может мы тогда подойдём позже, когда вы позавтракаете? – пришлось предложить мне, хотя уходить было не самой лучшей идеей, из-за чего улыбка вышла кривой.
– Нет-нет. В этом нет необходимости. Вы же не спешите никуда?
– Через полчаса у нас тоже завтрак. Думаю, минут пятнадцать у нас есть, – ответила Стефани. Мистер Клайв удивился, зачем нам надо столько много времени, чтобы добраться и сказал, что дойти можно за пять минут.
– Но до столовой далеко... Или... – я посмотрела на шкаф, из которого он не так давно вышел с подносом, и ко мне в голову забралась одна догадка.
– Ты думаешь в правильном направлении, – кивнул он.
– Вы хотите сказать, что через шкаф можно пройти в столовую коротким путём?
– Ты смышленная, – усмехнулся Джеймс, втыкая вилку в яйцо.
– Вы серьёзно?
– Более чем.
– Боюсь представить, кому могла прийти в голову такая идея.
– Не бойтесь, это был я.
– Что же вас сподвигло на такое? – засмеялась Стефани.
– Моё обжорство и лень, – ни капли не смущаясь правды, ответил мистер Клайв. Зато смутилась я, испытав небольшой испанский стыд. Такие слова ни капли не подходили его внешности и элегантности.
– Кстати, вы так и не представились.
– Ах да. Я Аделина, это Стефани, моя подруга. Мы, честно, не собирались врываться к вам в кабинет, но этот человек, – указывая на Стеф, продолжала я, – всегда ищет приключения на свою, кхм...
Почему-то я не застеснялась рассказывать ему всё как есть, без лжи, без скромности. Несмотря на то, что мне не понравилось его выражение, от него все равно веяло добротой и дружелюбием. Он мгновенно сумел расположить к себе, к разговору с ним, что стало максимально комфортно.
– Я не собираюсь вас отчитывать, мои юные леди, вы не первые, кто заходит в мой кабинет. Я лучше вам подарю по одной из моих книг с автографами, – мистер Клайв поднялся и направился к книжным полкам, держа в руке стакан с кофе. Мы со Стеф вновь переглянулись, ведь о таком счастье и не мечтали. Мы в тот же миг оказались рядом, сами не понимая, как так быстро добежали.
– У вас есть мои книги?
– Конечно! Почти все! – воскликнула Стефани.
– Да вы что? А "Третью луну" читали?
– Угу, – синхронно промычали мы в ответ. Перечислив почти все романы, которые есть у нас со Стефани, все же добрались до самого редкого, с очень маленьким тиражом, эксклюзивного издания "Заражённого сердца". Мистер Клайв дал мне подержать свой стакан, чтобы достать книги, потому что они стояли на самой верхней полке стеллажа. Хоть у него и достаточно высокий рост, ему все же пришлось встать на табуретку.
С успехом достав нужные книги, он начал спускаться, а я, так как стояла слишком близко, решила сделать пару шагов назад, но не оглянулась. Зря. Ведь за моей спиной стояла Стефани, которая не увидела, что я начала отходить, из-за чего я споткнулась и выронила стакан прямо на ногу мистеру Клайву, обрызгав его идеальные брюки. Никому бы не пожелала испытать такой стыд и позор, который почувствовала в этот момент я. Ни врагу, ни другу.
– Какая досада! Прошу вас, простите меня! – взмолилась я.
– Вы очень неуклюжая, Аделина, – к счастью, очень спокойно проговорил тот.
– Да, вы правы. Но, прошу, простите!
– Успокойтесь, в этом нет ничего страшного. Уверен, вы не специально.
Я ещё раз извинилась и горячо поблагодарила его. Оставив ещё одну благодарность за книги, мы всей компанией направились в столовую.
Мистер Клайв двигался впереди нас, рассказывая про новые идеи для своих романов. Я больше и больше удивлялась его поведению. То, что он пишет, никак не сходится с тем, что я вижу в жизни. В его произведениях обычно очень мрачная атмосфера, большое количество отрицательных героев, часто встречаются персонажи с тяжёлыми психическими заболеваниями. А автор, напротив, очень добродушный, галантный, весёлый и видно, что с искренним сердцем. Творческие люди всегда будут загадкой для меня, как бы мне ни хотелось понять их мотивы.