Асарау было невдомек, что это дерево — самая большая святыня для альвов.
— А велика ли поляна?
— Ну… где я был — там от края до края шагов сто, наверное.
— А посёлок?
— Я не очень-то его видел… — Асарау было очень неловко, что он не может быть полезным. Ему было очень мучительно вспоминать, как его несли два альва, вздев на палку, просунутую между связанными кистями, коленями и щиколотками, голова при этом беспомощно свисала вниз; был юноша в полубессознательном состоянии после влитого насильно гадкого на вкус состава, и видел мало, а что видел — то было как сквозь туман. Потом его бросили в загородку вместе с ещё двумя гаррани, один из которых был сильно избит, и одним имперским воином. Все они были совершенно нагими, потому что первое, что сделали альвы — срезали с них всю одежду. Он так и не знал, куда её девали.
Потом, когда он второй раз попал к пыточному столбу — ему медленно отрезали пальцы на ногах, потом срезали кожу со ступней, потом освободили кости стоп от мяса и сухожилий, все время поддерживая юношу в сознании, но молодое и ослабленное тело не выдержало, и он все-таки отключился — альвы решили, что он умер, а может, поняли, что не смогут его сломить, и оттащили в яму, куда кидали мёртвых. Асарау, естественно, не видел, как его тащили, и не мог ничего сказать про то, как устроен посёлок.
Тела лежали там, пока их не обглодают падальщики, потом альвы засыпали кости землей. Асарау очнулся, когда на темя ему сел ворон и уже примеривался выклевать глаза. Он вспомнил все, что знал об опохве, собрал невеликие силы своего тела — и скинул ворона.
Потом пришлось подраться с этим вороном и другими, но их отогнал здоровенный (и очень вонючий) гриф. Пока гриф разбирался с воронами, Асарау с трудом выполз из ямы и сумел подобрать довольно длинный сук. Дальше птицы были ему уже не страшны, он даже ухитрился повредить грифу крыло. Сук пригодился и в качестве опоры. Юноша, с её помощью, смог добраться до кустов, окружавших трупную яму, и заползти достаточно глубоко, чтобы ветви защищали его от птиц. Опохве помогло остановить кровь и закрыть раны; торчавшие кости пришлось обломать по суставам, отключив ощущение боли. Асарау подумал тогда, что можно было отключить его у пыточного столба — он не понимал, что эта способность пришла к нему после беспамятства, именно в результате перенесенной нечеловеческой пытки.
— Я не могу сказать, какого размера посёлок. Но я знаю, сколько воинов живет в нем. Они часто приходят на поляну перед пыточным столбом. Устраивают поединки и сражения до первой крови. Я через несколько дней знал их всех в лицо. Их было не больше сотни, скорее, даже намного меньше. Я могу их всех перечислить, и вы посчитаете.
Дорант ухватился за это, велел принести бумагу и перья.
Асарау, закатив глаза к потолку, вспоминал приметы альвов. Дорант на каждого проводил черту. Когда Асарау иссяк, количество черт посчитали — оказалось семьдесят три.
— И всего-то? — Спросил Харран.
— А ты вспомни, сколько боевых слуг потерял от ОДНОГО альва, — мрачно сказал Дорант.
Харран вспомнил и задумался.
Дорант, между тем, спросил ещё одну важную вещь:
— Асарау, а женщины, — тут он даже не запнулся, чем вызвал недоуменный взгляд Харрана, привыкшего называть их самками, — будут сражаться?
Воин гаррани задумался очень ненадолго:
— Они не должны сражаться. Но они опасны: они соревнуются в метании ножей каждый день и вовсе не слабы духом.
Дорант, подумав малое время, поднял голову и посмотрел в глаза Харрана:
— Видишь, дружище, что нас может ждать? Мы ничего не знаем про посёлок. В посёлке нас ждут не меньше семи десятков воинов, каждый из которых стоит многих наших. Конечно, хорошая компанида с боевым опытом, с хорошим снаряжением и огнестрелом — с ними справится, и даже потерь не будет слишком много. Но у нас нет компаниды, а главное — у нас нет времени. Парня могут поставить к пыточному столбу. А мне надо вытащить его оттуда любой ценой. Поэтому пойдет альв, раз уж он обещал его привести. Если не получится — будем думать, что делать дальше.
— Дорант, а как же остальные пленники?
— А никак. Или ты думаешь, что альв сможет вывести всех? Мне нужен только парень. — Дорант не стал говорить Харрану, что уж точно ему не нужен при примесе Йорре никто из людей Аттоу. И так будет сложно довезти примеса отсюда до Акебара. Армано Миггал явно был в Кармоне не один, да и по дороге от Кармона до столицы сторонников влиятельного семейства (да и просто людей вице-короля, который сам был из дома Аттоу) будет больше чем надо.