На помощь Форбс пришёл душераздирающий женский крик, который звоном раздался в голове вампирши, а затем быстро стих. Кэролайн поспешила туда, сетуя на жутко не удобные шпильки. В небольшом, по сравнению с другими, особняке горел свет, и во всю играл классический джаз. Прислушавшись, девушка уловила звон бокалов и тихие женские всхлипы. Не долго думая, Форбс толкнула дверь, которая без препятствий открылась. Тут же повеяло запахом свежей человеческой крови, смешанным с запахом разложений, табака, дыма от камина и крепкого алкоголя. Кэр не уверенно шагнула в дом, тут же натыкаясь на бледную брюнетку в слишком коротком, полуразорвоном платье. Она, словно робот, растянулась в улыбке и сильнее прижала к себе поднос, на котором в несколько рядов располагались пустые стаканы для виски. Из тонкой шеи девушки струйками стекала кровь, и Кэролайн пришлось задержать дыхание, чтобы не поддаться искушению.
— Клаус! — Кэролайн обошла заложницу внушения и двинулась в гостиную, отводя взгляд от мертвых тел, разбросанных по дому. Мысль о Хоуп заставляла её двигаться дальше, и только она, — КЛАУС!
Форбс зашла в гостиную и ошарашено замерла. Клаус развалился на диване, слившись в поцелуи с полуголой рыжей красоткой, с другой стороны к нему прижималась другая девушка, перепачканная в своей же крови. От запаха крови у Кэр едва заметно проступили вены, и она на секунду прикрыла глаза, возвращая себе контроль над собственным разумом.
Старинная дорогая гостиная была на половину разрушена. На полу, на стенах и на креслах были видны кровяные подтеки. На одном из кресел сидела мулатка, сжимающая стакан алкоголя в руке. Она была под внушением и происходящее её совершенно не заботило. Она с не естественным восторгом наблюдала за тем, как Клаус вонзает клыки в рыжую, словно с предвкушением дожидаясь своей очереди. Брюнетка с подносом невозмутимо прошагала в комнату и, поставив поднос, с тщательной аккуратностью принялась разливать бурбон по стаканам.
— Да ты спятил! — выкрикнула Кэр, в мгновение оказываясь рядом с диваном. Она с силой отпихнула брюнетку, прижимающуюся к Никлаусу и схватила её за руку, — Ты забудешь все, что здесь было. На тебя напал зверь. Беги со всех ног и обратись в больницу. — девушка безвольно кивнула и двинулась к выходу.
Майклсон наконец соизволил оторваться от своей жертвы и безучастно взглянул на Кэролайн. На секунду ей показалось, что мужчина удивился, но он быстро вернул маску невозмутимого равнодушия и недовольно закатил глаза.
— Ты портишь вечеринку, Кэролайн, — от вибрации его голоса у Кэр вдруг чаще забилось сердце, и она едва смогла скрыть волнение. Не это она ожидала услышать спустя столько лет разлуки. А чего вообще она ожидала от такого, как Клаус?
Кэролайн схватила один из стаканов и одним глотком осушила его. Горло жгло от жажды, а в венах кипела злость на первородного. Он внимательно следил за тем, как Форбс пытается привести себя в чувство. Девушка отчаянно отводила взгляд, гипнотизируя картину на одной из стен.
— Хорошо выглядишь, — холодно бросил Клаус, жестом приказывая рыжей покинуть диван. Выглядел он отвратительно: весь перепачканный в крови, в разорванной одежде, с диким сумасшествием в поблескивающих глазах.
— А ты не очень. Что ты здесь устроил? Боже…
— Дай угадаю, Ребекка прислала тебя сюда? — Кэр не ответила, лишь поджала губы, — Ну, конечно. Ты ведь замужем за Стефаном, хотя погоди… Он ведь умер! — Никлаус злобно сверкнул глазами, дожидаясь реакции. Форбс отчаянно хотелось как следует врезать ублюдку и уйти, но она заставила себя промолчать, — Точнее он предпочёл тебе Деймона. Никого не напоминает? — Кэролайн не выдержала и со всего размаху швырнула стакан в стену. Клауса, казалось, это только порадовало.
— Знаешь, что я думаю? — девушка задохнулась в возмущении, — Фрея зря ищет способ вернуть тебя дочери, — Клаус расправил плечи и встал, — Нужен ли ей такой монстр, как ты?
Никлаус яростно рыкнул и на вампирской скорости впечатал Кэр в стену. Его рука, стальной хваткой, тут же сомкнулась на хрупкой шее, и Форбс испугано пискнула.
— Никогда, слышишь? НИКОГДА не упоминай Хоуп! — глаза Майклсона пожелтели и Форбс испуганно вжалась в стену, пытаясь как можно дальше отстраниться от мужчины. Она безрезультатно пыталась вдохнуть, вцепившись в сильную руку своими пальцами. Никлаус еще несколько секунду яростно всматривался в глаза цвета океана, а затем, словно очнувшись, быстро отнял руку и отстранился. Кэролайн коснулась своей шеи, болезненно поморщившись.
— Уходи, Кэролайн. Я не хочу делать тебе больно, — от болезненного взгляда первородного у девушки сжалось сердце. Вдруг снова стало трудно дышать, А ноги словно пригвоздило к полу.
— Делаешь сейчас, — прошептала она, приближаясь к мужчине. Она залезла в карман пальто и аккуратно вытащила листок. Кэр протянула его Клаусу, наблюдая как он хмурится, переводя взгляд с девушки на бумагу. Помедлив ещё немного он взял лист и быстро развернул его. Кэролайн следила за его реакцией, поражаясь тому, каким первородный может быть несчастным. Он сжал свой подбородок, а затем пальцами провёл по рисунку, — Она скучает по тебе, — Кэролайн сделала ещё шаг к мужчине, — Я уверенна, твоя сестра найдёт способ. Я верю и ты должен.
Клаус внимательно смотрел на девушку. Она не уверенно протянула ему ладонь:
— Позволь мне помочь тебе.
— Зачем тебе это? После всего того, что я сделал с тобой, твоими друзьями.
— Наверное, я все так же наивна, чтобы надеяться на твоё исправление, — Кэролайн слегка улыбнулась, замечая, как Майклсон смягчился. Он сжал пальцы девушки в своей руке, и Форбс слегка вздрогнула, надеясь лишь на то, что он не заметил, — Покажешь мне Чикаго?
— Только если это будет свидание.
— И не надейся, Майклсон! — Кэролайн усмехнулась, но позволила мужчине переплести их пальцы…
========== Их мир, их вселенная ==========
Кэролайн легко бежала в вдоль берега, утопая голыми ступнями в тёплом струящимся песке по самые щиколотки. Природная россыпь, нагретая жарким безжалостным солнцем, приятно щекотала нежную кожу, заставляя поверить девушку в реальность происходящего. Море, обеспокоенное легким сухим ветром, словно пыталось поймать белокурую красавицу в свой плен, но Кэролайн ловко перебирала стройными ножками, смеясь и теребя длинную юбку лёгкого белого платья. Она расправила руки, словно крылья, кружась в танце с тёплым ветром, вдыхая полной грудью морской воздух и прикрывая глаза от удовольствия. Лучи солнечного заката путались в светлых локонах, оставляя розовато-золотистые блики на счастливом лице. Кэролайн хотела раствориться в соленом воздухе, до кончиков пальцев ощутить прикосновение прохладной морской воды. Она развернулась к бесконечному горизонту, где воедино сливались бескрайняя поверхность моря и чистого голубого неба, украшенного заревом уходящего солнца. Девушка жадно цеплялась взглядом за уходящий день — самый счастливый день в ее вечности. В ее лазурных глазах плескалось это безудержное счастье, которое она с каждым вдохом старалась запереть в своем сознании навсегда.
Оранжево-розовые блики плясали по отражающей глади бирюзовой воды, от чего сердце Кэролайн заходило от восторга. Она аккуратно шагнула в шумящее море, наслаждаясь ласковым прикосновением его прохлады. Она пальчиками ног глубже зарылась в песок и отпустила, развивающуюся под натиском ветра, гладкую ткань юбки, позволяя ей намокнуть. Кэролайн смогла бы провести так вечность: наслаждаясь закатом, слушая плеск воды и прислушиваясь к бешеному стуку его сердца за своей спиной.
Она слегка вздрогнула от нежного прикосновения к оголенному плечу, а ее спина покрылась вереницей мурашек, когда мужчина с трепетом приобнял ее и аккуратно дотронулся до округлившегося живота, вдыхая сладковатый запах волос. Кэролайн тут же расслабилась и откинула голову, соприкасаясь носом с слегка колючей теплой щекой. Теплота, нежность и любовь, такие привычные и дорогие сердцу, тут же откликнулись в душе, норовя свести девушку с ума. Она положила свои, подрагивающие от нескончаемого количества эмоций, ладони на руки Клауса. Он уткнулся носом в хрупкую шею, крепче прижимая к себе любимую.