\
Несмотря на неожиданный «побег» Поттера, в основном стараниями близнецов, Чарли и, возвратившегося с ночного дежурства отца семейства, Артура Уизли, на кухне «Норы» очень скоро воцарилась уютная и дружеская атмосфера. Молодёжь продолжала, шутя, обсуждать последние новости в «Пророке» и стратегию намеченной товарищеской игры в квиддич, а мистер Уизли проверял содержимое своего потрёпанного портфеля, ища штепсельную перегоревшую розетку, которую ему удалось тайно и «очень дёшево» выторговать у одного из своих знакомых маглов. Миссис Уизли подала на стол пирог с потрохами и, отправив грязную посуду в мойку, теперь с улыбкой качала головой, вытирая руки об пёстрый, измазанный мукой, самодельный фартук. Нарушил семейную идиллию оглушительный крик филина, молотившего растрёпанными крыльями по стеклу замёрзшего окна и барабанившего по нему клювом с таким остервенением, словно норовил и вовсе разбить его вдребезги.
- Да что эта глупая птица себе позволяет?! – недовольно насупился Рон, накладывая себе второй кусок пирога. – Совсем ополоумела?
- Что-то случилось! – мгновенно сообразила Гермиона и подбежала к окну, направляя на него палочку, чтобы отогреть примёрзшие щеколды.
Чарли, сидевший ближе всех, тотчас же вскочил на ноги и бросился ей на помощь. Распахнув окно, Грейнджер мгновенно узнала филина друга. Один только вид взъерошенного и потрёпанного филина, с застрявшими в его перьях листьями и хвойными иголками, уже привёл Гермиону в ужас. Вытаращив на него глаза и не на шутку перепугавшись за лучшего друга, она громко воскликнула:
– Фиделис! Гарри? Что-то с Гарри???
Тут уже повскакивали все остальные, сбиваясь в кучу около подоконника. Филин немного отлетел от окна, зависая в воздухе и продолжая призывно вопить.
- Нужно проверить, – дёрнув Фреда за руку, Джордж побежал в прихожую к вешалке с верхней одеждой, и, пока пытался втиснуть руки в рукава куртки, параллельно запихивал голые ноги в ботинки.
Чарли, привыкший на своей работе подниматься «по тревоге», был готов первым и, пока близнецы только зашнуровывали обувь, уже выхватывал из крохотной кладовки у выхода собственную метлу.
- Берите свои мётлы и за мной! – громко выкрикнул он, выбегая на улицу. И, стараясь не упустить из вида переполошенного филина, помчался на всех парах в сторону далёкой, лесопосадочной полосы.
\
\*
- Хозяин! Хозяин, Драко! – взвизгнул домовик, отпрыгнув назад и вытаращив свои огромные глазищи на пораненную руку Малфоя. – У Вас кровь! Сейчас. Трикси мигом принесёт аптечку!
Эльф исчез с необычно громким хлопком. А Драко, ощутив внезапную слабость в ногах, буквально сполз спиной по полкам и, безвольно оседая перед выроненной из рук газетой и горсткой фарфоровых осколков чашки, больно ударился коленями о каменный пол. Накрыв глаза здоровой ладонью, он задрожал всем телом, и надсадно задышав, откинулся назад, садясь на пол и вытягивая ноги. Согнув одну ногу в колене, Драко упёрся в неё локтем и, подперев ладонью лоб, с немым отчаянием сгрёб похолодевшими пальцами свои уложенные волосы, абсолютно безжалостно сжимая их в кулаке. Он не ощущал боли. Сейчас боль физическая казалась ему совершенно незначительной, по сравнению с тем, что из-за этой дурацкой, раздутой статейки в «Пророке» он совсем скоро, а возможно именно в данный момент, мог безвозвратно потерять Гарри! Снова. Но уже навсегда. Рядом материализовался трясущийся и явно переволновавшийся домовик и запричитал, принуждая Драко открыть глаза:
- Моло…дому х…хозяину нужно… Нужно срочно обработать раны… – протягивая ему мешочек с бинтами, «Антисептическими» и «Заживляющими» зельями. Но Малфой лишь оторопело провёл рукой по волосам, вновь зачёсывая их назад, и равнодушно посмотрел на свою рассеченную ладонь, с которой уже успела накапать небольшая лужица крови.
- Позвольте… Трикси поможет… – осторожно переступая осколки, уже настойчивее напомнил о себе эльф.
Разрываясь изнутри от отчаяния и расстройства, Драко стиснул зубы, стараясь удержать на лице бесстрастное выражение, и, опершись пораненной рукой о ближайшую стену, начал упрямо и гордо подниматься на ноги. Как вдруг толстая кладка Малфой Мэнора неожиданно ожила под его ладонью и, мелко завибрировав, стала медленно выдвигаться вперёд. Шокированно округлив глаза, Драко отдёрнул руку, но быстро догадался, что в библиотеке ему мало что может угрожать, а значит, он случайно нашёл какой-то очередной тайник. В их родовом замке подобных неприметных «сокровищниц» было не мало. Странно, но Драко предполагал, что за время своего детства успел узнать их все. Но этот… Да ещё и в таком месте…
- Оставь меня, – стремительно выпрямившись, приказал он эльфу.
- Но…как же? Ведь молодой хозяин ранен… Трикси не смеет бросить его… – похолодев от смены тона Драко, домовик растерянно заморгал и крепче прижал к груди мешочек с лекарствами.
- Ты оглох?! – яростно пронзил его суровым взглядом Малфой, загораживая собой сдвинувшийся в стене камень. – Можешь идти! И ни слова никому о том, что здесь произошло! Ты всё уяснил? Или мне подыскать тебе одежду?
Трикси негодующе вцепился тоненькими пальчиками в свою ношу и, часто замотав головой, попятился назад.
- Нет. Нет. Трикси не хочет получать одежду! Трикси всё понял, молодой хозяин Драко!
- А теперь исчезни! – для пущей убедительности рявкнул напоследок Малфой, и эльф без дальнейших пререканий испарился.
Как только Драко остался один, то тут же выхватил из кармана пиджака свою волшебную палочку и одним виртуозным движением удалил с пола все осколки и грязь. Ему не терпелось повнимательнее изучить свою находку, поэтому он не стал тратить время и силы на залечивание раны Магией, а просто крепко зажал в порезанной ладони свой белоснежный носовой платок с инициалами. С разгорающимся в глазах любопытством, Драко одними губами беззвучно шепнул Люмос и подсветил, отъехавшую вперёд, каменную кладку. Но всё равно ничего не смог разглядеть. Сильнее выдвинув камень, он, наконец, сумел заглянуть внутрь. В тайнике оказалась очень красивая, филигранной работы, резная деревянная шкатулка, защищённая специальными чарами от пыли и влияния времени, с каким-то цветным рисунком в центре крышки. Приглядевшись, Драко без труда узнал фамильный герб Блэков! «Мама?!» – изумлённо подумал Драко, проводя по изображению кончиками пальцев. Осторожно вынув находку, Драко вернул на место камень и только тогда заметил, что и в его правом углу был выбит точно такой же небольшой герб. А вот крови на стене уже не было. «Плата за открытие тайника», – догадался Малфой. Посильнее перемотав пораненную и всё ещё кровоточащую ладонь, Драко сунул в карман «Ежедневный Пророк», обеими руками обхватил и прижал к груди загадочную шкатулку и поспешил к выходу из библиотеки. Но так торопился, что чуть не упал и сильно ударился всем корпусом о невидимый барьер, непонятно откуда взявшийся в дверном проёме.
- Что за..?!
Сдавленно зашипев от боли, Малфой чуть не выронил свою увесистую ношу и прижал руку к рёбрам, куда, после столкновения с преградой, со всей силы впечаталась шкатулка. Опустив её на пол, Драко осторожно вытянул руку, ощупывая барьер. От соприкосновения с его пальцами, тот едва заметно замерцал, золотистой рябью расходясь в разные стороны, но, несомненно, был очень прочен и соткан из древней Магии.
Задумавшись, Малфой посмотрел на шкатулку и предположил, что это препятствие появилось на его пути не случайно – оно предназначалось для нежданных гостей, обнаруживших тайник его матери. Драко пробежался взглядом по стенам и удивлённо выгнул бровь – барьер, полупрозрачной, слабо сияющей паутиной, тянулся вдоль всех стен библиотеки, запирая «нежданного воришку» в безвыходную ловушку. И тогда ему стало ещё интереснее: что же такого могла так надёжно припрятать его мать, что этой шкатулке понадобилась столь мощная и тёмная защита? Он знал, что в чистокровных семьях нередко создавались фамильные тайники и даже целые ритуалы по их защите, основанные на крови членов семьи. В основном потому, что подобную защиту не брало ни одно Отпирающее заклятие, если только взломщик заранее не завладел образцами крови кого-то из рода. Но так же Драко знал, что «плата кровью» в волшебном мире считалась достаточно «тёмной». И был несколько обескуражен мыслью, что мать решила создать тайник «Блэков» под крышей Малфой Мэнора. Тайник, о котором его отец, скорее всего, не имеет ни малейшего понятия. Иначе, почему бы тогда просто не спрятать эту симпатичную вещицу в их общем семейном сейфе или даже в ячейке Гринготтса?! А даже если бы Люциус и узнал, то всё равно не смог бы ничего сделать, так как в нём нет ни капли крови Блэков. Всё это показалось Драко весьма подозрительным и странным, но до дрожи интригующим! Ему почему-то казалось, что у матери никогда не было секретов от отца, исключая, пожалуй, тайну его рождения… Ещё раз задумчиво коснувшись барьера, Драко смекнул, что для прохода ему, как и в случае с каменной кладкой, вновь понадобиться кровь Блэков, и даже обрадовался, что не стал залечивать рану. Размотав пораненную ладонь, он несколько раз разжал и сжал пальцы в кулак и, как только вдоль всего пореза стали быстро собираться багровые капельки крови, коснулся ладонью мерцающей защиты. Барьер тут же послушно исчез, и Драко, хитро усмехнувшись, снова обмотал руку окровавленным платком. Внутренне ликуя от того, что он наполовину Блэк, Драко подхватил с пола заветную шкатулку и, пока Малфой Мэнор всё ещё был погружён в сонную тишину, быстрым шагом устремился к своей комнате. Плотно закрыв за собой дверь, он подбежал к кровати и, опустив на неё шкатулку вместе с небрежно брошенным рядом номером утренней газеты, стал рассматривать её на наличие замка. Не обнаружив такового, Драко нахмурился и, нашёптывая слабое Режущее заклинание, провёл своей волшебной палочкой вдоль пореза на ладони. И, как только из него вновь стала сочиться кровь, приложил руку к гербу на крышке. Шкатулка послушно открылась, и Драко с волнением и трепетом заглянул внутрь. В ней оказался какой-то блокнот в толстом кожаном переплёте всё с тем же изображением родового герба Блэков, а поверх него – серебряный кинжал. Малфой сразу же потянулся за клинком, но, отчего-то усомнившись в последний момент в том, что сможет беспрепятственно коснуться его, неожиданно замер и отдёрнул руку. Поразмыслив немного, Драко пришёл к выводу, что, несмотря на мощную кровную защиту этого артефакта, он: во-первых, как-никак, имеет самое непосредственное отношение к родовому древу Блэков; а, во-вторых, если учитывать тот факт, что за сегодняшнее утро ему уже несколько раз удалось успешно обойти большую часть Защитных чар, то, следовательно, ничего особо страшного с ним не должно приключится и сейчас. Хмуро покосившись на заляпанный кровью «Пророк», Драко вновь с щемящей болью в сердце подумал о Гарри… Но лишь мельком взглянув на улыбающееся и приторно-миловидное личико Астории Гринграсс, он брезгливо скинул эту паршивую «бульварную» газетёнку на пол, а, чуть погодя, и вовсе зашвырнул её в горящий камин. С дьявольской полуулыбкой на губах, Малфой наблюдал за тем, как она корчится, чернеет и, превращаясь в сморщенный пепел, навсегда исчезает в огне. Как бы ему хотелось, чтобы точно так же и сама Астория Гринграсс исчезла из его жизни! И, желательно, навсегда. А заодно, прихватила бы с собой и все проблемы, которые внезапно обрушила на его голову своим вторжением в его личную жизнь! Но, к сожалению, это было невозможно. Гарри всегда настаивал на том, что за своё счастье стоит побороться. И в этот раз Драко готов был биться за него до конца. Пусть не в открытую. Но он обязательно найдёт решение. Они найдут его вместе. Если только Гарри захочет ему поверить… Коротко выдохнув, Драко в глубокой задумчивости вернулся к своей кровати и решил всё-таки залечить порезанную ладонь. Взяв в руки кинжал, он поднял его повыше и стал внимательно рассматривать. Серебряный кинжал оказался довольно тяжёлым для своих весьма невнушительных размеров. Его удлинённое лезвие имело необычную треугольную форму, а рукоять была выполнена в виде плоского овала, с нанесёнными на неё древними рунами, прочесть которые Драко так и не смог, и заканчивалась небольшой хрустальной сферой. На этой сфере с обеих сторон были видны выгравированные пятиконечные звёзды с выпуклыми камнями граната, словно капельки крови, поблёскивавшие в их сердцевинах.